Игрушка для драконов

Тем временем Кеннет встал на колени и, уткнувшись в спину своей жены, резко вошёл в неё сзади. Виктория выгнулась, из её рта вырвался крик боли, оба мужчин дали ей время приспособиться. Их тела мерцали золотыми искрами, словно покрытые пудрой.

Похлопав своего мужа по бедру, женщина дала понятный всем троим сигнал, и мужчины с новой силой принялись двигаться в ней, каждый со своей стороны. Я недоумевала, как оба члена могли поместиться в лоне Виктории, а когда всё поняла, то тихо опустилась на пол. Остаток сеанса я так и просидела, опершись о кресло спиной и прижав согнутые в коленях ноги к груди.

Виктория извивалась, с её губ сорвался крик, который отсюда не было слышно. Мужчины одновременно наращивали темп, тараня добровольную жертву с двух сторон. Иногда они как по команде замирали, Кеннет с силой шлёпал жену по ягодице, и всё начиналось заново. Мне казалось, что Виктория не выживет после подобного соития.

Я слышала о заднем проникновении, но об этом говорилось шёпотом и всегда с брезгливым выражением лица. Ходили слухи, что подобные ласки плохо сказываются на здоровье женщин, но никто из незамужних девушек не знал, где кончается вымысел и начинается правда.

Наконец, все трое бурно кончили, в том числе и Виктория. В воздухе малой гостиной заискрило, мужчины сбавляли темп, на лице у каждого было написано удовлетворение. Какое-то время кузены ещё гладили Викторию, зажатую между ними. Кеннет наклонился и поцеловал её в затылок. Женщина повернула голову и устало улыбнулась.

Вскоре все трое уже были на ногах, мужчины помогли Виктории одеться, она запахнула халат и напоследок по очереди поцеловала их в губы.

Меня била дрожь, слёзы сами собой текли по щекам. Я даже боялась гадать, когда такое произойдёт со мной. То, что это случится в ближайшее время, сомнению не подлежало. С другой стороны, я могла и, не дожидаясь пытки, покончить с собой. Для Мага это не сложно и не больно, если бы не одно но: способности к самоисцелению мешали мне навредить себе. Кузены предусмотрели и это.

Вскоре экономка выпустила меня из заточения и отвела в спальню, где уже была приготовлена тёплая ванна с капелькой лавандовой воды и ромашковый чай в фарфоровой пиале. Приготовившись ко сну, а вернее, к ночным кошмарам, я легла на хрустящие простыни и снова заплакала.

Дверь открылась почти бесшумна, по крайней мере, я не слышала как вошёл муж. Свежевыбритый, пахнущий мускусом, он бережно обнял меня сзади и принялся гладить по голове, плечу и спине.

— Успокойся, малышка, — приговаривал Рикард, когда я начала плакать всё сильнее. — Всё не так страшно. Мы будем аккуратны. Всему учатся постепенно, верно?

— Зачем вам я, если есть Виктория? — всхлипывая, я решилась спросить то, что с момента увиденного засело в голове.