Игрушка для драконов

Если у меня и родилась обида на Ингвара, тот тут же испарилась, стоило мне вспомнить, что я сама, не хуже соперницы, была ослеплена знатностью и обаянием Рикарда. Стать женой Дракона — почти недостижимая мечта для Мага из не слишком родовитого Дома.

— Ничего плохого, — усмехнулся Ингвар, всё ещё избегая моего взгляда. — Она тут же обратила внимание на следующего блистательного и неженатого Дракона. И вскоре вышла за него замуж. Говорят, они вполне счастливы.

— Вы осуждаете эту женщину?

— За что? За то, что наделял её добродетелями, которых у неё никогда не было? Это мои ошибки. Я ожидал, что избранница моего сердца будет бороться за свою любовь. Вместо этого, стоило слухам о растратах будущего мужа просочиться в свет, она первой отвернулась от него. Тогда я разочаровался в женщинах.

— Нет. Не забывайте, я ещё был женат, — улыбнулся Ингвар и, неожиданно взяв меня за руку, поднёс её к губам. — Прошу вас, Эмили! Если можете, не держите на меня зла. Я клянусь хотя бы частично исправить нанесённое мной зло.

Внутри вспыхнуло пламя. На этот раз само, без всяких усилий со стороны Дракона. Я хотела запустить руку в его тёмные волосы и одновременно желала, чтоб его губы продолжали дотрагиваться до моей кожи. Это было невыносимо сладко и приятно.

Мне срочно требовался свежий воздух, иначе я сама сделала бы первый шаг, а потом сгорела бы от стыда, получив отказ.

"Что со мной происходит?!" — раздражённо подумала я, резко встав и отойдя к окну, чтобы скрыть румянец, обжигающий щёки.

— Простите, я не хотел ещё больше вас оскорбить! — услышала я за спиной. — Вы устали, а я навязываю своё общество. Больше этого не повторится.

Ингвар встал и сухо поклонившись, направился к двери.

— Конечно, я ведь уеду далеко и навсегда, — выпалила я, злясь на то, что Дракон готов так быстро от меня избавиться или на себя, что мне не всё равно.

— Вы устали, истратили много сил, поэтому капризничайте, — произнёс он, не поворачиваясь. — Ложитесь в постель. Доброй ночи!

Это было сказано таким официальным тоном, что мне стало холодно. Усталость накатила исподволь, будто только и ждала, пока я почувствую себя ненужной.

— Не беспокойтесь, — произнесла я, сдерживаясь, чтобы не расплакаться. — Я скоро уеду. Но не обещаю последовать вашему совету. Я хочу сама делать свою судьбу. И не позволю никому решать за меня. Особенно вам.

На последних словах мои руки начали выбивать мелкую дробь, и я уставилась в окно, за которым было по-прежнему так темно, что в стекле отражалась комната.

Дальнейшее происходило как во сне. Ингвар медленно подошёл, рывком развернул к себе и вместо того, чтобы отчитывать или взывать к моей совести, поцеловал. Так, как я и хотела: страстно и одновременно нежно, властно и безрассудно.