Сборник "Игрок"

Мне было очень тепло и на удивление спокойно, потому что рядом находился друг, от которого не надо было ждать подвоха.

– Я люблю тебя, Гайдэ, – очень нежно прошептали мне на ухо, обдав его еще одной волной горячего воздуха. – И никогда не оставлю тебя по своей воле. Отныне я принадлежу тебе. Телом и душой. Навеки. Я – твой, моя прекрасная хозяйка. И никогда от тебя не откажусь.

Обомлев донельзя (боже, мне никогда в жизни не признавались в любви так прочувствованно и искренне!), я ошарашенно распахнула глаза и в немом изумлении уставилась на громадную конскую морду, на которой двумя желтыми лунами пылали раскосые демонические глаза.

– Я не знаю, как ты это сделала, – все тем же ласковым шепотом сказал шейри, прижавшись ко мне всем телом. – Не знаю, сколько ты потратила на это времени. Понятия не имею, чего это стоило, но… я готов продать за тебя душу, Гайдэ. И я последую за тобой даже к Айду, если понадобится. Ты сделала для меня этой ночью такое… Ты подарила мне вторую жизнь… Ты… ты – настоящая хозяйка. И я счастлив, что именно тебе я теперь буду служить. До тех пор, пока ты жива и пока согласишься видеть меня рядом.

У меня просто не нашлось слов. И вообще ничего не нашлось, кроме чувства безмерного удивления, благодарности за такое невероятное признание и совершенно отчетливого ощущения, что он абсолютно искренен.

– Спасибо, – Лин нежно коснулся губами моей шеи. – Спасибо за то, что подарила мне крылья.

– Носи на здоровье, друг мой. И учись летать снова. Ты ведь уже попробовал, да?

– Да, – счастливо зажмурился шейри. – И это было восхитительно!

Что на это можно еще сказать?

Я обняла его за шею и замерла, слушая урчание самого счастливого на свете демона и тихонько млея от ощущения его радости. Сейчас мне было до безобразия хорошо. И внутри грело понимание того, что моя безумная работа не оказалась напрасной.

Конечно, я не стала ему рассказывать, как вчера половину ночи изучала вороньи крылья, сравнивая их с получившимися у Лина и отыскивая изъяны. Не стала говорить о том, как старый ворон, прыгая по громадному конскому телу, властно тыкал клювом в те места, которые казались ему недостаточно хорошими. Как я, чертыхаясь, ползала следом, угольком помечая все недочеты, которые он нашел в нашей общей работе. Как до хрипоты выспрашивала, пытаясь угадать, что именно и как надо выправить: кости, кожу, мышцы, суставы? Заодно стараясь понять, что отвечает на это птица.

Глупо, вы скажете, доверять такое важное дело какому-то летуну? Но я уже достаточно пожила в этом мире и немало поняла, когда начала потихоньку пользоваться силой Ишты. Особенно то, что здесь каждая травинка и каждая мошка являлась частью единого целого, называемого Равниной.