Сборник "Игрок"

 – И сам я неправильный. Даже взлететь как следует не могу. Я, наверное, слишком слабый?»

– Нет. – Я прикусила губу, напряженно размышляя. – Дело не в этом. Просто мы о чем-то не подумали и чего-то не предусмотрели. Из меня авиаконструктор, как из слона – балерина, а о тебе и говорить нечего. Погоди… сейчас… Какая-то мысль вертится, но я никак не могу ее ухватить…

Лин долго, протяжно вздохнул.

«Оставь. Видно, мне не суждено летать как птица».

– Что?! – вздрогнула я. – Птица, ты сказал… Лин, ты – умница! Стой тут! Сейчас все сделаю!

Я аж подпрыгнула от неожиданной идеи, а затем лихорадочно завертела головой, ища какую-нибудь пичугу. Но поблизости ни одной, как назло, почему-то не оказалось. Только одинокий старый ворон с нескрываемым любопытством следил за мной с сосны… Вот он-то мне и нужен!

– Иди-ка сюда, мой хороший, – позвала я, подкрепляя призыв легким импульсом от Знака. Я уже немного научилась с ним обращаться, поэтому была уверена, что мудрая птица откликнется и подлетит поближе.

Но каково же было мое изумление, когда ворон не только не прилетел, но еще и шарахнулся прочь, как от прокаженной. Возмущенно каркнул, зараза такая, распушил хвост, раздулся весь от недовольства и так посмотрел, словно я Его Вороньему Величеству под нос кусок старой подметки подсунула.

– Ну и фиг с тобой, – обиделась я, заставив ворона захрипеть от неожиданности. – Без тебя обойдусь. Птички-и-и… идите-ка сюда-а-а… а я вас поглажу, мои хорошие-е-е…

Я заворковала, как любящая хозяйка над своими курами, мысленно отметив, что после посещения эаров мой голос стал еще более высоким и каким-то певучим. Будто живущий во мне Эриол потихоньку менял его в угоду своему музыкальному слуху. Эстет, понимаешь ли, нашелся. С кожей-то он уже успел поработать, нахал. Глаза у меня тоже теперь ненормальные. А сейчас и до голоса добрался. Надеюсь только, что таких трелей, как эары, я выдавать не стану, иначе на меня за версту начнут коситься, подозревая в кровосмешении.

Ворон, придя в себя от моего нахальства, хрипло каркнул, словно поржав над моими попытками отыскать подопытный образец, но я не обратила на него внимания. Тем более что злорадствовать было не из-за чего: Знак сработал безупречно, и, привлеченные исходящей от него силой, на берег стали с огромной скоростью слетаться самые разнообразные пернатые помощники.

Облегченно вздохнув, я показала черному сквалыге язык и поманила одну из ближайших птичек.

– Поможешь мне, милая?

Птица послушно вспорхнула мне на предплечье, склонила набок малиновую головку и согласно чирикнула.

– Спасибо, маленькая.