Пешка в большой игре

Учитывая высокий общепревентивный эффект начального этапа операции, можно ожидать лавинообразного процесса разрушения коррумпированной системы и её самоочищения…

Человек с барским лицом отложил ксерокопию документа.

— Основное я зачитал, там есть ещё частности, но не в них дело.

— Куда дошли эти предложения? — мрачно спросили из зала.

— Почти до самого верха. — Читавший слегка улыбнулся. — Почти. Думаю, наши люди не пропустят их к адресатам. Хотя…

Холеное лицо стало серьёзным.

— Наверняка есть подстраховка, дублирующие каналы… Есть, наконец, газеты…

— После «утки» про заговор они действуют осторожней, — произнёс тот же голос.

— Вы знаете, что это была не «утка». И газеты нам многое испортили. Так же, как портите вы — жадностью, своекорыстием, несдержанностью.

Читавший предложения Верлинова встал из глубокого кресла и прошёлся взад-вперёд, разминая ноги.

— Если вы верите в успех задуманного, то почему хватаете такие куски, что вывихиваются челюсти? Или боитесь, что завтра для вас уже не будет? Похоже на то…

Он остановился у низкого полированного столика.

— Но если наше завтра не наступит, то те куски, что вы успели ухватить, отберут! Вырвут вместе с желудками!

Он взял ксерокопию и помахал ею.

— Здесь всё правильно и дельно описано. И меры предложены толковые. Готовьтесь получать свою порцию «сыворотки правды»! Она так и называется, Михаил Петрович? И действительно способствует правде?

— Это родовое название специальных психотропных препаратов, развязывающих язык. Скополамин, пентонал натрия… Гарантия почти стопроцентная.

Черноволосый, с ровным пробором мужчина вытащил из кармана бумажник, извлёк оттуда тёмную ампулу и показал всем, профессионально придерживая двумя пальцами за донышко и игловидный носик.

— Хорошо, что вы это знаете, — раздражённо сказал Иван Павлович. — Но почему вы не знали о подготовке этого документа?

— Несправедливо, — прогудел господин с холёным лицом. — Ксерокопию мы получили благодаря Михаилу Петровичу.

Черноволосый невозмутимо спрятал ампулу обратно в бумажник, а бумажник положил в карман.

— И что дальше? — спросил обиженный первым Архипыч. — Должны же быть разработаны контрмеры, дезавуирующие опасный документ.

— «Контрмеры», «дезавуирующие», — передразнил вальяжный господин. — Сумеем быстро взять власть — и грош цена этой бумаге!

— К тому же эффективней бороться не с бумагами, а с теми, кто их пишет, — по-прежнему невозмутимо сказал черноволосый и бережно провёл ладонью по пробору.