Пешка в большой игре

Офицеры в основном — русские, солдаты — местные.

Замкомандира заставы тоже оказался русским.

— Вороненков, — начинающий тяжелеть мужик лет сорока, с кирпичным, как у туркмена, лицом протянул руку.

— Мне вчера сообщили: целая армия прибыла, с оружием, — улыбаясь, рассказал он. — Звоню в округ — никто не знает. В министерство национальной безопасности — они в курсе. Москвичи, говорят, воду ищут. Ну, насчёт воды не поверил, но успокоился: свои как-никак…

Распив с земляком бутылку водки, руководитель десятки через два часа вернулся в лагерь.

— Граница спокойная, — пересказал он Васильеву полученную информацию. — На той стороне несколько лагерей таджикских беженцев — километров семьдесят — сто ближе к востоку. Сюда они не лезут, контрабандисты изредка проходят, но стараются в бой не ввязываться. Там на заставе всего тридцать солдат, меньше, чем нас… Но он свою частоту дал, позывной: если что, мол, вызывайте — поможем.

— Обойдётся, — сказал Васильев. — Завтра закончим — и домой.

Никогда нельзя загадывать благополучный исход рискованного предприятия, а уж если это делаешь, надо обязательно постучать по дереву. Васильев не придавал значения приметам, к тому же и дерева под рукой не было. Возможно, именно поэтому всё так и получилось.

А может, роль детонатора сыграла политическая ситуация на прилегающей территории Афганистана. В лагерях беженцев из Таджикистана, или «оппозиции», как сами они себя называли, хотя на самом деле являлись незаконными вооружёнными формированиями проигравшего клана Бобо Сайгака, моральный дух падал с каждым днём.

Надежды на быструю победу и захват власти не оправдались, не они вылавливали и резали скрывающихся врагов, наоборот — враги торжествовали, а самим приходилось отсиживаться на чужой рыже-коричневой каменистой земле, покрытой уродливыми синими пятнами палаток.

И уничтожить границу не удалось, потому что предатели договорились с неверными — новые силы, оружие и техника потекли на заставы из могучей России. Вертолёты, БТРы, лёгкие орудия… Каждый налёт обходился теперь большой кровью, а если сидеть без дела в убогих, наполовину зарытых в землю лагерях, боевой дух угаснет совсем.

К тому же генерал Дустум, контролирующий северную часть Афганистана, выражает недовольство скоплением на его территории крупных вооружённых отрядов. Он терпелив, пока существует вероятность, что беженцы победителями вернутся на свою землю, сохранив тёплые чувства к приютившему их соседу.

Но стоит надежде исчезнуть — и они мгновенно превратятся в нерегулярные боевые силы, дестабилизирующие обстановку на подконтрольных территориях.

Поэтому штаб Исламского освобождения Таджикистана решил воспользоваться удобным случаем и провести операцию в приграничье Туркмении.