Пешка в большой игре

Мы в максимальной степени упростили эту задачу: адрес и телефон гражданина Клячкина можно легко узнать в справочном бюро. Никакая специальная легенда не нужна: у вас настоящая и очень убедительная биография. Особенно в последние годы…

— Уж это точно! — грустно усмехнулся Асмодей.

— Неясно, где вы были и что делали после освобождения…

— Я бы не стал этого выяснять, но, когда ведёшь игру с иноразведкой, все детали должны быть отработаны до мелочей. Это очень важно. Эмоции, личные желания и сантименты в расчёт не принимаются.

Контрразведчик вздохнул.

— Итак, где вы находились после выхода из колонии?

— Где, где… — Асмодей снова усмехнулся. Он знал, что рано или поздно этот вопрос зададут: у сотрудника спецслужбы, даже негласного, не должно быть «белых пятен» в биографии. И он заготовил несколько более или менее удовлетворительных ответов, к достоинству которых относилась полная непроверяемость. Хотите — верьте, хотите — нет. Но если в дело замешано ЦРУ, полная непроверяемость не годится, потому что это обычный признак разведлегенды. Надо отвечать правду.

— Бомжевал. Вокзалы, ночлежки, чердаки.

Межуев несколько секунд помолчал. Это всё объясняло, но одна деталь не вписывалась…

— Однако «Две совы» явно не бесплатная столовка. И наряд на вас не бродяжий. И Ирочке вы заплатили настолько щедро…

— Я нашёл деньги. Совершенно случайно. И довольно крупную сумму… Но это известно только мне и вам. ЦРУ подобные подробности не интересуют.

Улыбка Межуева разрядила возникшее напряжение. Теперь это снова был рубаха-парень, заглянувший в гости к старому приятелю.

— Мне приятно, что мы продолжим интересное, плодотворное сотрудничество. Они могут обратиться за адресом в горсправку. Мы контролируем все запросы по твоей фамилии, поэтому предупредим заранее. То же с телефоном. Но не исключено — они найдут неофициальные каналы. К тому же ты дал Смиту свой номер.

— Да. Вы говорили о лекарствах, он пообещал содействие, и ты продиктовал телефон. Потом перешли к жёнам и тёщам…

Майор покачал головой.

— За последние дни я прослушал все кассеты аудиоконтроля вашего «люкса». Тридцать часов непрерывных разговоров. Безумно интересно!

— Что делать. Операция началась. И мы, и вы должны находиться в полной боевой готовности. Телефон может зазвонить в любой момент.

Как часто бывает в кинофильмах и редко в жизни, тут же раздался телефонный звонок.

Межуев и Асмодей оцепенели. Звонок повторился. Из кухни выбежал Семён. Он смотрел на аппарат так, будто это была бомба с часовым механизмом, отстукивающим последние секунды. И взгляд майора… Асмодей очень отчётливо понял, что слова о боевой готовности для контрразведчиков вовсе не красивое преувеличение.

— Поднимите трубку, — напряжённо сказал Межуев.