Играй!

Как он должен сообщить об этом ребятам? Они были так воодушевлены подготовкой к первой в жизни постановке, так где найти силы их разочаровать?

Эхо его шагов гулко отдавалось в тишине. Было что-то волнующее и немного пугающее в школе, из которой ушли ученики, навевало печальные, тоскливые мысли…

Мистер Уилсон наткнулся взглядом на объявление об их музыкальной постановке, разрисованное и исписанное неприличными словами, и его настроение упало еще ниже. Важная оговорка, по которой поиски исполнителя главной роли значительно усложнялись: в театральном кружке собрались не особо популярные ученики. Ладно, мистер Уилсон просто тактично смягчил; в кружке были одни неудачники, которых вечно шпыняли и которые только под его крылом чувствовали себя спокойно и раскованно. Возможно, Марк сломал ногу специально…

Да нет, такого не могло быть. Быть участником единственного творческого кружка в школе точных наук, конечно, непростая доля, но не настолько же! Да и Марк вроде быстро освоился в их компании и искренне наслаждался репетициями.

Вот это было еще одной причиной, по которой он так боролся за постановку, – возможно, это помогло бы ученикам немного раскрыться, показать, на что они способны. И теперь все так глупо срывалось из-за дурости Марка и его неизменного компаньона Дэнни."

"Когда мистер Уилсон окончательно приуныл, до него вдруг донесся голос. И не просто голос, а поющий голос. И не просто поющий голос, а очень хорошо поющий голос.

Неограненный алмаз! Будущий Сэм Смит!

Мистер Уилсон замер как хищник, почуявший добычу.

Голос был низкий, густой, будто бархатный; мистер Уилсон уже видел обладателя этого голоса исполняющим главную роль на сцене, уже слышал аплодисменты, раздающиеся после его выступления, уже был ослеплен сиянием софитов и свалившейся на их кружок славы – вот насколько этот голос был хорош!

Он пошел на звук, словно дрессированная ищейка, по стенке подбираясь к дверям мужской раздевалки, к которой вел чуткий слух.

Мистер Уилсон прислушался, и его унесло на волнах чужого пения в светлое будущее, в котором ему удалось уговорить загадочного незнакомца поучаствовать в их постановке, после оглушительного успеха которой директор признаёт значимость кружка, а его ребят перестают задирать одноклассники.

Но пение вдруг оборвалось, и спустя пару минут к двери с той стороны приблизились шаги. Мистер Уилсон, почувствовав себя героем крупнобюджетного детектива, рванул за угол, притаившись, чтобы раскрыть личность талантливого незнакомца.

И последняя надежда умерла под звук его разбившегося сердца (мистер Уилсон всегда был немного драматичным), когда из раздевалки вышел не кто иной, как Теодор Хейз – капитан их волейбольной команды.