Мы играем в пистолеты

А Кирилл уже не просто приобнимал меня, поддерживая, рука на мгновение сжалась, заставив меня внутренне напрячься, а затем опустилась ниже. Мы перед дверью его кабинета остановились, и я знала, что сама туда не войду, ни за что. Я же не глупая, я всё понимаю, а ещё сильнее чувствую, и то, что Кирилл задумал, это неправильно. Вот только вряд ли он меня слушать станет. А как спастись я не знаю.

Филин дверь рукой толкнул и она распахнулась. А сам взгляда от меня не отводил.

Я осторожно перевела дыхание.

— Давай завтра? Криса проводим и… решим с зарплатой.

Я сделала слабую попытку сбежать, в сторону рванулась, но Кирилл преградил мне дорогу. В этот момент я его почти ненавидела. Но совсем рядом послышались шаги, и Филин в кабинет меня втолкнул. На самом деле втолкнул, правда, за руку удержал и сразу притянул обратно. К закрывшейся двери спиной привалился и меня обнял. Я несколько секунд после всего этого действа в себя приходила, потом начала сопротивляться.

— Тише, — шепнул он мне на ухо.

— Тише, — более грозно шикнул он и вдруг шлёпнул меня пониже спины. Я глаза вытаращила, но прежде чем успела в полный голос возмутиться, в дверь постучали. Я замерла в руках Филина, а они сжались сильнее, но отозвался Кирилл вполне спокойно:

— Кирилл Александрович, Потапов уходить собрался, — послышался из-за двери женский голос.

— Да? Ну и скатертью дорога.

— В зал ещё выйдете? О вас спрашивают.

Он разговаривал через дверь, голос всё больше каменел, но по спине меня гладил, а я последние силы растеряла. В плечо его уткнулась и даже глаза закрыла, но только на секундочку. Правда.

— Лена, хватит за дверью стоять, иди уже, — потребовал он. Я услышала удаляющиеся шаги, потом Филин поудобнее меня перехватил, к себе прижал, а в замке повернулся ключ. Я же так и стояла, крепко зажмурившись, и мысленно себя подбадривала. Пыталась настроиться… на драку, что ли? Сопротивление должно быть жёстким, а я должна вести себя решительно. Руки освободила, но пока соображала, как лучше поступить, Кирилл меня встряхнул, отчего у меня последние мысли о возможном бегстве из головы вылетели, голову мою повернул, удерживая меня за подбородок, достаточно больно, надо сказать, и поцеловал. И это было совсем не так, как я мечтала. В голове долгое время бродили мысли романтические, словно от такого человека, как Филин подобного дождаться можно. Но соблазнять меня в его планы не входило, он просто брал своё, а мне оставалось либо вырваться и заорать во всё горло, умоляя, чтобы меня кто-нибудь спас, хотя в логове зверя, вряд ли кто-нибудь посмеет встать у него на пути, либо сдаться ему на милость, и молиться только о том, чтобы я после смогла всё это пережить. Потому что останавливаться на поцелуе Кирилл явно не собирался.