Запутанная игра

 – Мы не станем убивать ее, плюс нам нужно держать ее рядом, так куда же ей еще податься?

Я согласен с Виком в том, что не хочу, чтобы она здесь находилась, так глубоко увязала в наших делах. Но она должна остаться. Для нее там опасно, а для нас опасно отпускать ее на свободу и рисковать тем, что этот таинственный незнакомец выследит ее.

И хотя я едва позволяю этой мысли оформиться в сознании, какая-то часть меня не хочет отпускать ее. Она хочет оставить Уиллоу здесь, теперь, когда она под нашей крышей.

– Он прав. – Я резко киваю. – Она – последнее звено, которое кто-то может использовать, чтобы связать нас со смертью Николая. Мы не можем так рисковать.

– Окей. Значит, она остается с нами. – Рэнсом выглядит довольным, и улыбка на его лице заставляет мои плечи напрячься.

– Тогда нам нужно установить несколько основных правил, – говорю я.

– Она – отвлечение. Нам есть чем заняться, на чем сосредоточиться, и мы не можем позволить ей сбить нас с толку еще больше, чем она уже это сделала. Поэтому мы должны согласиться, что никто из нас не собирается ее трахать.

Я говорю это за всех троих, но при этом смотрю на Рэнсома. В конце концов, именно он спит с ней в одной постели. Он, очевидно, нравится ей больше всех.

Вик поворачивается на стуле, его взгляд серьезен.

– Да, ладно. – Рэнсом пожимает плечами и кивает, выглядя немного недовольным.

Я тоже киваю, подтверждая наш устный договор.

Уладив этот вопрос, мы переходим к другим делам. Рэнсом соглашается принять участие в нашей предстоящей сделке с бандой Донована, на которой нам сейчас нужно сосредоточиться. Несмотря на все это дерьмо с Николаем и теми, кто ищет ответы, мы все равно должны поддерживать работу нашей мастерской.

Но даже когда я пытаюсь сосредоточиться на том, что будет дальше, заглянуть в будущее и построить планы, мои мысли по-прежнему заняты прекрасной блондинкой-бродяжкой, живущей дальше по коридору.

Я расхаживаю по комнате Рэнсома, чувствуя неловкость и беспокойство. Даже не знаю, хотела бы я участвовать в их маленькой встрече, особенно если речь будет идти об убийстве людей. Мои нервы сейчас слишком напряжены, чтобы выдержать еще что-то подобное.

Но тем не менее то, как Мэлис отмахнулся от меня, вызвало у меня вспышку раздражения. Иногда он такой непредсказуемый – то холодный, то горячий, – что трудно понять, что с ним вообще творится. Без понятия, нравлюсь ли я ему, или он меня ненавидит, или хочет. … Я даже не знаю, чего именно он хочет.

И в этом-то вся проблема.

Я чувствую себя совершенно не в своей тарелке в этом странном и изменчивом новом мире, в который меня насильно втолкнули, и вдобавок ко всему я еще больше, чем когда-либо, ощущаю себя пленницей из-за того, как они вот так запросто оставили меня в комнате, а сами ушли по своим делам.