Игра в любовь

Перескочила через стонущего Патрика, как заправский акробат, и подбежала к застывшему Бесфорту, который сиял все ярче, будто новогодняя ель, каким-то чудом затесавшаяся в летнем зное. Языки пламени уже лизали его кожаную куртку, касались обнаженной шеи, сияли в волосах.

Это для него они сейчас безопасны, а вот мне, стоит коснуться, придется плохо.

– Стэн, – хрипло произнесла я, застыв в метре от него.

Ближе не подойти. Жар такой, что болезненно защипала кожа и слезились глаза.

– Стэн, пожалуйста, услышь меня."

"Не получается. Бесфорт застыл статуей. Взгляд остекленевший, ничего не видящий. В его глубине лишь желание уничтожать все вокруг. А этого я допустить не могла.

– Стэн, прошу. Это я… Кэрри. Твоя невеста. Стэн, – задыхаясь от удушливого пламени, прохрипела я.

Ничего не выходило. Не слышит. И радужка его глаз уже не бирюзовая, а золотисто-желтая с оранжевыми бликами.

– Ты обещал, что никогда не причинишь мне боль, – просипела я, храбро смотря ему в глаза. – Помнишь, Стэн Бесфорт? Ты поклялся. Пора выполнять свое обещание.

Конечно, было страшно.

От одной мысли об ожогах становилось дурно, дрожали колени и хотелось сбежать. А пламя с каждой секундой становилось все ярче и опаснее. И медлить было больше нельзя.

– Пришло время исполнять свои обещания. Раз… два… три!

«Три» я уже выкрикнула. Зажмурилась, задержала дыхание и рванула к нему, освобождая силу. Была слабая надежда, что мой ветер разметает огонь, дав мне возможность дотянуться до Бесфорта. Но все равно я ожидала почувствовать на своей коже обжигающий жар пламени, раскаленную магию и адскую боль.

Но ее не было. Кажется, получилось.

Осмелев до неприличия, схватила его за плечи, чувствуя неожиданно прохладную кожу куртки под своими ладонями. А потом, так и не открыв глаза, привстала на цыпочки и прижалась своими губами к его.

Целоваться я не умела.

Практики как таковой у меня не было, так что… пришлось учиться и быстро.

Сначала просто прижалась к нему губами. С таким же успехом я могла бы целовать манекен. Бесфорт был безжизненным и равнодушным.

Но сдаваться я не собиралась. Подхватила его верхнюю губу, ласково целуя, коснулась кончиком языка. Потом еще раз и еще.

Никакой реакции. Это разозлило и воодушевило одновременно. Обхватив его нижнюю губу зубами, я слегка прикусила ее и потянула на себя. И снова поцеловала, неумело лаская, пытаясь достучаться. Затем и вовсе осмелела и проникла языком меж сомкнутых губ, проведя по стиснутым зубам.

Мне нравилось его целовать. Нравилось чувствовать его вкус, такой неожиданно терпкий и пряный. Не хватало лишь самой малости. Отдачи.

Судорожный вздох. Не мой. Его.

Сильные руки стальным обручем обхватили, стиснули, прижимая к себе, выбивая воздух из легких, вызывая тихий стон.