Игра в наперстки

Все дни были расписаны, будущее распланировано, притом чаще всего не тобой. Просто, понятно, и каждый знал, что ждет его дома. И какими будут праздники. И что выкинут в магазин, то и купишь. Предсказуемость мандаринового Нового года и запаха пластиковой или живой елки, но именно этого сейчас не хватает очень многим. Понятно, почему он принимал у себя дома, и понятно, почему к Рассолкину клиенты шли толпами.

– Все на своих местах? Ничего не пропало? Или, может, появилось что-то новое?

Никанор покачал головой:

– Я еще раз посмотрел все аккуратно, не трогая вещи. Нет, ничего не изменилось, все чисто, но я бы сказал, что слишком чисто.

– Думаете, что хотели замести следы чего-то?

– Или кто-то создавал видимость того, что все в порядке, – предположил Ткаченко. – Лев не особый поборник чистоты, я тебе больше скажу: неряха. Не любит мыть посуду, пару раз он шел и покупал себе новые рубашки, потому что просто забывал постирать старые. Поэтому Никанор стал для Льва настоящей находкой. Он следит за всем. За клинингом, поваром, уборкой.

– Мне за это очень хорошо платят, – отозвался Никанор, рассматривая какой-то график, прикрепленный к холодильнику. – Я придумал такой календарь приема лекарств. Их нужно принимать по три раза в день, и после каждого приема патрон должен был ставить галочку, что он их выпил. И вот тут видно, что пил. Вчера и сегодня. Сегодня два раза. Значит, либо поставил галочки заранее, либо пил. По таблетнице я уже проверил, что пил. Значит, пропал недавно.

Тем временем Стас пытался сдержать любвеобильную Федору и переварить весь объем информации по движению средств, который она вывалила на него.

– Дорогая, а можно мне, пожалуйста, версию для дураков? Слишком много информации и слишком мало тех тем, в которых я разбираюсь, – жалобно попросил Крячко."

"– Когда ты так меня называешь, я таю, – отозвалась Федора и крутанулась в кресле. – Смотри, мой дорогой: отследить эти счета нельзя. Человек работал очень грамотный. Счета создавались под одну задачу и после этого сразу закрывались. Но мы тут поискали, и я тебе точно могу сказать и подписаться под каждым словом: те благотворители, кто оплатил теплоход, и те, кто полностью спонсировал фестиваль, – это один и тот же фонд. Мы проверили все счета: аренда санатория, питание, фуршет, транспорт, проезд для гостей из других регионов. Все это шло через разные компании, но в итоге все сходится к одному. Мне удалось отследить до одного благотворительного фонда. Он уже, понятное дело, тоже ликвидирован, но…

– Федора. Давай еще проще.