#идикомне

Никита оставил полотенце на ручке выдвижного ящика и подошёл ко мне. Сел настолько близко, что я невольно выпрямила спину и попыталась незаметно выровнять сбившееся дыхание. Взял с журнального столика свой телефон и спустя несколько простых движений пальцев вошёл в чат.

Незаметно подняла взгляд от телефона на его профиль. По мере чтения последних сообщений, уголок его губ плавно поднимался, отчего я, сама того не контролируя, тоже улыбнулась.

– Он же никогда не был твоим парнем? – неожиданно спросил Никита.

Поняв, что меня могут поймать с поличным за тем, что я пялюсь, резко отвернулась и сделала вид, что только сейчас решила на него посмотреть и, вообще, была занята своими делами.

– Что? – заморгала часто-часто.

– Женя, – ответил Никита, заглянув мне в глаза. – Он ведь никогда не был твоим парнем?

Кажется, в образовавшейся тишине я слишком громко сглотнула ком маленькой лжи, который когда-то был подкинут Женей.

– Нет. Не был, – коротко и ёмко.

Губы парня изломились в довольной хитрой улыбочке.

– Ты же и так всё знал, да? – сузила я глаза, будто умела видеть насквозь.

– Пришлось прижать его к стене, когда ты пропала.

– А зачем сейчас у меня об этом спрашиваешь?

– Хотел узнать мнение второй стороны, – повел он лениво плечами.

– И как? Удовлетворен?

– Более чем, – хитрая улыбочка.

Пальцы буквально зазудило от желания потрепать его по щеке.

– Мы в универ сегодня поедем? Время-то поджимает. А мне еще в общагу нужно попасть, чтобы переодеться.

– Наши вещи еще мокрые, так что придется сегодня прогулять универ, а тебе пробыть со мной до самого вечера.

– А ты их, вообще, щупал, наши вещи?

– Нет, – не задумываясь ответил Никита и тут же рассмеялся, поняв, что вся его легенда рухнула. – Но я уверен, что шнурки на ботинках всё ещё мокрые.

– Что ж, – вздохнула я нарочито горько и обреченно. – Придется проторчать тут с тобой весь день. Мучение, однако…

– Эй! – возмутился он шутливо и аккуратно щелкнул по кончику носа. – Помнится, за завтраком ты говорила, что я хороший.

– Я, наверное, головой ударилась, когда вилку с пола поднимала, – рассмеялась и чуть не поперхнулась, когда в лицо мне прилетела мягкая подушка.

Не раздумывая, тоже схватила диванную подушку и пошла боем на смеющегося Никиту, который едва не свалился с края дивана, уворачиваясь от моих ударов.

За смехом и взаимными подколами не сразу заметили, что кто-то позвонил в дверной замок.

– Кто это? – замерла я, слыша стук собственного сердца.

– Не знаю. Ко мне так рано никто не приходит, – выпрямился Никита и положил подушку на диван. – Сейчас посмотрю.

Наблюдая за тем, как Никита исчезал в прихожей, зачем-то аккуратно сложила подушка на диван и, выпрямившись рядом с ним по стойке смирно, оправила край толстовки.