Идеальные разведенные

Перевожу взгляд на Егора, который, к счастью, ничего не замечает и с таким же азартом вещает об уникальных способностях японских гейш метать веера точно в цель. Вот, Агата, слушай и запоминай, может, когда-нибудь и тебе пригодится такая способность. Только не метание веера, а метание ножа, и раз на то пошло, то метание в одну конкретную цель — в физиономию бывшего мужа.

Хватаю телефон и с остервенением пишу:

Пытаюсь одним глазом смотреть на Егора и убедительно поддакивать, а вторым кошусь на Леона, который, получив мое сообщение, начинает громко смеяться.

Я сижу на довольно приличном расстоянии от них, но даже отсюда мне видно, с какой яростью раздуваются ноздри Агаты. Да ради такого зрелища я готов терпеть постоянно снующих туда-сюда официантов и посетителей ресторана.

Меня до чертиков раздражает сидеть здесь, посередине зала, у всех на виду, но найти свободный столик меньше, чем за сутки — та еще задачка, поэтому засовываю свою гордость в задний карман брюк и смиренно терплю.

Но зато здесь открывается отличный обзор на всех присутствующих.

А долговязый пряник — молодец, подсуетился и ухватил элитные места у витражных окон, удобные для комфортного уединения.

Чтобы не выглядеть законченным придурком, выслеживающим бывшую жену, мне пришлось взять с собой Виталика. Поначалу планировался Вадим, но так откровенно палиться я не рискнул, поэтому пришлось выбрать кого-то с работы.

Виталик работает у меня около двух лет. Молодой, башкастый парень с большими перспективами в будущем и огромными тараканами в настоящем.

Виталик — ровно тот случай, каким принято считать айтишника: высокий, худой дрыщ, с сальными космами до плеч, в вытянутых на коленках джинсах и в линялой футболке.

Но сегодня Виталик — красавец: помыл голову, собрал свои лохмы в хвост и надел чистую рубашку в клетку, сменил старые вытянутые джинсы на другие старые вытянутые джинсы, из-под которых красуются кислотные носки с провокационной надписью «Царь».

Этот незавидный Царь с нескрываемым аппетитом наяривает цыпленка на шпажке, вымоченную говядину с японской лапшой и обжаренного угря, ведь за сегодняшний банкет плачу я.

— Леон Борисович, на днях код для Полозова будет готов. Осталось внести небольшие изменения в прогу, потом отправлю апликуху отревьюить вам. Черт, не забыть бы забэкапить прошлую версию, — с набитым ртом сообщает Виталя, поскольку я, вроде как, пригласил его обсудить рабочие моменты, а не пасти бывшую супругу, но знать Виталику об этом совсем не обязательно.

— Ты кушай, кушай, Виталя, — мне хочется отвесить ему «здоровенного леща» за весь этот айтишный заимствованный сленг, который я терпеть не могу.

Итак, я выбрал удобную позицию, чтобы… Чтобы что? Честно? Я сам не знаю для чего мне это надо.