Идеальные разведенные

Та самая молоденькая медсестричка бежит следом за мной, пытаясь остановить. Но во мне сейчас столько энергии, подобной дальневосточному тайфуну, что любые препятствия попросту бесполезны.

Распахиваю дверь девятой палаты и вваливаюсь в помещение.

Шарю глазами по пустой комнате и чувствую, как мой наполненный сосуд надежды и сил начинает трескаться.

— Где? — ору на девчонку.

— Ее здесь нет, она в операционной, — виновато шепчет девочка, — я же вам говорила.

Так не может быть, не с нашей историей.

— Где ваша чертова операционная? — яростнее рявкаю на бедняжку, отчего та вжимает голову в плечи. Смотрю на ее бейджик, читаю имя. — Аленушка, не пугайся, просто скажи, где операционная, — стараюсь говорить, насколько могу, сдержанно, потому что девчонка совсем от меня закрылась. Не каждый день встречаешься лицом к лицу с чокнутым.

— Ее здесь нет, — повторяет испуганная малышка, — ее в хирургию забрали.

— В хирургию, — пытаюсь переварить информацию, но ни хрена не понимаю.

Сознание подкидывает страшные картинки, но я не готов снова разбиваться, когда только что склеил себя по частям. Я блокирую мысли, в которых прямо сейчас моей жене против воли искусственно прерывают беременность.

Если это произойдет, клянусь, я не прощу себе этого до конца своего никчемного существования.

— Это на два этажа выше.

— Спасибо, солнце, — хватаю девчонку за предплечья и насильно целую в лоб.

Мне навстречу мчится тяжелая артиллерия во главе с Натальей Игоревной и хилым охранником с кричащей русскоязычной надписью на черной спецовке «Секуряти».

— Леон, подождите! — хватает меня за рукав врачиха, а я стряхиваю ее вцепившуюся в меня руку.

Если бы она сообщила мне раньше, как обещала, возможно бы я успел, а сейчас мне приходится лишь молиться и надеяться на благосклонность судьбы.

Взбираюсь по ступенькам, сталкиваясь в пролете с группой студентов.

У меня болит бок справа, и я готов выплюнуть свои легкие. Мышцы на ногах забились, а мокрая одежда неприятно прилипла к разгоряченному телу.

Влетаю в отделение Хирургии и мечусь по сторонам.

Вижу медицинский пост и срываюсь к нему.

Снова собираю на себе опасливые взгляды, будто я ненормальный, сбежавший из психушки. Утираю рукавом джемпера мокрое лицо и приглаживаю растрепанные волосы, чтобы хотя бы немного привести себя в человеческий вид.

— Девушка, Агата Игнатова где? — кладу локти на высокую стойку и заглядываю в кучу бумаг на столе, пытаясь хоть что-нибудь в них разглядеть.

— А вы кто? Здесь нельзя находиться. Тем более в таком виде, — окидывает меня брезгливым подозрительным взглядом, — я сейчас позову охрану. Покиньте отделение, — встает в позу и порывается выйти из-за стойки.

— Девушка, пожалуйста, сюда доставили мою беременную жену.