Рецепт идеальной мечты

Он подобрал сверток с бумажником, разорвал его.

Кредитные карты оказались целы. Купюры были лишь слегка подмочены.

Полуянов сунул бумажник в карман куртки. На песке остались белеть полиэтиленовые пакеты. "Ничего, негритянка Венера завтра подберет. Или у мадам Шеви есть среди прислуги садовник?"

Черепичная крыша главного дома миссис Полы Шеви темнела вверху над обрывом. Самого дома не было видно. Вряд ли полуяновский десант заметил кто-то с берега.

Дима пошел прочь от воды. Каменная – кажется, гранитная – лестница-с перилами поднималась от пляжа. Полуянов ступил на нижнюю ступеньку.

В три прыжка одолел первый пролет. Затем второй, третий… С предпоследней площадки уже был виден дом.

Он стоял черный, сонный. Ни одно из высоких тонированных окон не светилось.

И тут Дмитрий услышал голос.

– Что вам здесь нужно? – хрипло произнес человек.

Он спросил это по-русски.

Пола засыпала в прекрасном настроении.

На грани между сном и явью ее посещали видения, и все они были дивными. Какой-то русоволосый кроха обнимал ее за шею, и она понимала, что этот мальчик – ее сын, а она – его мама… Потом мальчик куда-то исчез, и через темное небо полетела звезда. И она сама как бы была этой звездой, и неслась со страшной скоростью в небе над сияющими жаровнями городов…

Потом она на мгновение вернулась в явь. Бодрствование было очень ясным, и она отчетливо поняла, почему ей сегодня особенно хорошо. Почему – прекрасное настроение и сладкие сны.

Профессор наконец-то закончил свою работу Все свершилось, она получила то, что хотела. Завтра этот дикий русский Васин наконец-то уезжает – слава богу…

И второй русский, этот Димитри, он тоже выполнил свое предназначение. В постели он был хорош – молодой, сильный и нежный. Правда, чуть грубоватый – но так, наверное, и положено русскому. И очень хорошо, что у нее с ним была одна только ночь – он, кажется, показал все, на что способен. И он был разгадан ею весь и понят ею. Она сумела за одну ночь определить весь его плебейский, дикий характер. Конечно, отчасти жаль Димитри… Но что ж делать! Людям, которые ее, Полу Шеви, любили, часто приходилось потом тяжело… Они платили свою плату – как Клеопатре! – за ночь с нею.

Пола повернулась на правый бок, сладко вздохнула и через несколько секунд заснула – уже окончательно.

Пола не видела и не слышала двух мужчин, которые в ту же самую минуту разговаривали в тридцати пяти метрах от ее дома – на гранитной лестнице, ведущей вниз, на частный пляж.

– Кто вы? – высоким голосом, в котором звучали панические нотки, повторил мужчина. – Что вам здесь нужно?

Полуянов снизу вверх смотрел на человека, который стоял на балюстраде у верха лестницы. Это был профессор Васин. Его седенькие волосики белели в темноте.