Ideal жертвы

– Кто? – раздался из домофона ленивый бас.

– Почта, – промурлыкала я.

– Кто-о?!

– Почта! – повторила я. – Заметила глазок видеокамеры, улыбнулась прямо в него. – Телеграммочка вам!

– Мне? – продолжал изумляться бас.

– Вы ведь Семенов Эдуард Семенович?

– Ну да...

Именами-фамилиями дежуривших сегодня охранников меня тоже снабдил Рычков.

– Вам телеграмма от адвоката, – настаивала я. – Кажется, вам наследство оставили...

– Иди ты! – изумился мужик."

"Но замок на двери, ура, щелкнул.

Я ворвалась во двор. Приусадебный участок размерами не уступал всему нашему кирсановскому городскому саду. А уж фонтанов, мощенных плиткой дорожек и садовых скульптур в моем родном городке и вовсе не водилось. А тут этакая красота – и вся для одного человека. Точнее, для двоих – карлика Арсения Арсеньевича и его дочери Анжелы.

Ко мне уже спешил охранник. Один. Слава богу, один.

Я ждала засады, но ее не было. Может быть, пока не было.

– Стой, ты, почтальонша, куда прешь!

Он подошел ближе, протянул руку:

– Тут частная территория! Давай свою телеграмму и чао, бамбина.

Охранник продемонстрировал, что он вроде знает итальянский. Хотя на лице его было написано семь классов.

– Чао, чао, дорогой... – пробормотала я.

И сунула руку под пиджак. Седой карлик был неправ, когда насажал на участке высоченных деревьев. Дом из-за них практически не виден. Значит, можно действовать не опасаясь, что меня заметят и набежит подмога.

Я выхватила нунчаки. Если мой противник когда-нибудь занимался единоборствами, шансов у меня нет. Юрик всегда говорил, что при боестолкновении весовая составляющая играет немалую роль. А в охраннике минимум сто кило – против моих пятидесяти.

Но тот, видно, со спортом не дружил и в телохранители попал только благодаря габаритам. Он изумленно взглянул на мое оружие, потянул к нему свои лапищи – и тут же получил нунчаками в лоб. Закачался и осел в траву, потом опрокинулся навзничь.

Я быстро обшарила его карманы. Много раз видела: так поступают в боевиках, и никогда не думала, что мне самой придется этим заниматься. Присвоила тысячную купюру, дешевые сигареты не тронула. Из кобуры на животе извлекла пистолет – кажется, газовый. Рации у охранника не было.

Я его не жалела. Защищала себя. И своего Максимку.

Я двинулась по извилистой дорожке к дому, поднялась на крыльцо. Здесь меня ждала новая преграда: унылая, с висячим носом, старуха. Она кинулась на меня, будто на первейшего врага:

– Ты куда?!

Некогда было рассказывать сказки про телеграмму, я просто легонько ткнула ее пальцем в бок. Точно под ребра, как учил тот же Юрик. Бабка охнула и осела. Еще одна преграда позади.

Но оказалось, что я недооценила старуху как противника. Только я прошла мимо и растворила дверь в холл, как она вдруг заорала.