Последнее японское предупреждение

Но это было объяснимо – такую коллекцию, как у Филиппа Ивановича, стоило держать под надежной охраной.

Нет, Москва мне не нравилась, я это поняла как-то сразу, впервые оказавшись в плотной толпе. Куда бегут все эти люди с такими озабоченными лицами? Суета, давка, а уж когда я увидела очередь на входе в метро, то поняла, что это совершенно точно не мое место. Я привыкла жить в тихом загородном поселке, где вечерами, когда все владельцы домов вернулись из города, не ездят машины, где нет разрывающих ночную тишину сирен, нет такого количества народа. Видимо, есть люди, приспособленные к жизни в мегаполисах, а вот я не могу. И одной мне здесь плохо. Но я вообще не могу быть одна, даже дома, у меня нет потребности в одиночестве. Вот и сейчас – хорошо бы видеть рядом любимого мужа. Но это совсем уж несбыточная мечта…

Взглянув на часы, я поняла, что прогуляла достаточно долго, нужно подумать об ужине и пойти в гостиницу. Есть совершенно не хотелось – ну, еще бы, после такого обеда, однако я понимала, что среди ночи непременно захочу, поэтому лучше перекусить чем-то легким и купить на всякий случай кефир и яблоки.

Осуществив задуманное, я с пакетом фруктов, бутылкой кефира и упаковкой печенья с мармеладом вернулась в гостиницу, переоделась в пижаму и забралась в постель, прихватив блокнот и ручку. За час я систематизировала все, что узнала, собрала воедино и поняла – искать нечего. В смысле – предмета поиска нет, но есть личность заказчика. Я должна понять, кто именно угрожает нам всем, кто нацелился на папин банк. И кандидатура Вити Меченого казалась мне вполне подходящей. Очень уж нестандартные методы, из разряда тех, что приняты в среде моего отца. А с Витей, если я правильно помнила, его связывала давняя вражда, которая, очевидно, с годами не стала слабее, а наоборот. Вот же придумали на старости лет снова в войну играть, успокоиться не могут, старики-разбойники! Осталось только узнать о Вите Меченом побольше – я, кроме имени и того, что он владелец торгового центра «Фараон», ничего не слышала. И почему он Меченый, интересно? Спрашивать у отца было глупо – он не скажет. Оставалось одно: объединиться с Акелой, отдать ему всю информацию, которой у него пока нет, и там уже думать, как быть. Иного выхода я не видела.

Женя сползла с кровати и открыла верхний ящик старенького комода, засунула руку в самую глубину и вытащила маленькую жестянку от леденцов. Как повезло, что директор детского дома оказалась порядочной теткой и при выпуске отдала сестрам эту коробочку! Сейчас в ней заключалась последняя Женина надежда. Надежда на то, что единственный родной человек на этом свете – сестра – останется жить.

Женя вернулась в постель, осторожно, как хрустальную, открыла коробочку и заглянула внутрь.