Японская война 1904. Книга четвертая

Японцы ждали, они прямо-таки требовали продолжения дуэли, но мы собирались продолжать сражение исключительно на своих условиях.

А несколько — да даже много — поврежденных секций тахтаревки, которые мы заменим уже ночью… Это такая мелочь!

— Отчет, — кивнул я Лосьеву, собравшему для меня сводки со всей линии фронта.

— В Инкоу новые пушки: похоже, подвезли совсем недавно. Издалека не разглядеть детали, но наблюдатели-артиллеристы уверяют, что это гаубицы.

Я оценил серьезность настроя японцев в желании удержать этот город. Или победить меня?

— Дальше, — кивнул я.

— В городе было несколько накрытий японской батареи, но ее неплохо обустроили. Сверху земля, под ней бетон. Такое так просто не достать, только если ближе подбираться. А там пока «Асама».

— То есть без потерь?

— Посекли обслугу, но и все… Афанасьев считает, что обстрел города с этой позиции нецелесообразен.

— Повреждения минимальные… — Лосьев еще несколько минут докладывал о потерях японской пехоты.

На первый взгляд подобный успех после целой недели подготовки можно было назвать даже провалом. Вот только настоящую подготовку мы, собственно, только и начали. Как в шахматах, чтобы провести свою комбинацию, тебе нужно, чтобы противник расставил фигуры определенным образом. На войне примерно то же самое. И вот сегодня мы сделали первый шаг, заставляя японского генерала реагировать и… делать именно то, что нам было нужно.

Следующие два дня прошли по тому же самому сценарию. Мы медленно удлиняли насыпь, японцы, уже зная в чем тут дело, стреляли. Японцы возвращались в деревни на своем левом фланге, и мы снова пускали бронепоезд, выжигая их оттуда и каждый раз пуская по паре снарядов еще и по кораблям с городом. Серьезных потерь пока не было ни с одной из сторон, если не считать японскую пехоту… И вот на четвертый день второго этапа, на тринадцатый с начала операции, в деревни Кизаугоу и Дагуаньшунь так никто и не пришел.

Мы выждали еще сутки, чтобы убедиться, что японцы совсем отказались от этих позиций, и вот очередной доклад от Кованько и его воздухоплавателей.

— Никого, — Чернов прочитал одно-единственное слово, и мы с штабистами переглянулись.

— Может, еще выждем, чтобы наверняка? — неуверенно предложил Лосьев.

— Согласен, — кивнул Брюммер. — Все-таки второго шанса у нас не будет, а один день ничего не изменит.

Я задумался, потом выбрался на наблюдательную позицию и еще раз окинул взглядом подсократившуюся линию японских укреплений. Какая-то часть меня предлагала согласиться с штабистами. А то вдруг ошибка, а я настою на своем, и провал окажется полностью моей виной? Страшно брать такую ответственность! Вот только в то же время я чувствовал, что время пришло.