Японская война 1904. Книга четвертая

— Фельдфебель, вернитесь к нашим и прикажите, чтобы готовились! Как только Макаров прорвет оборону японцев, мы должны его поддержать! — сам поручик при этом и не подумал уходить с наблюдательной позиции.

Тюрин бы тоже не отказался увидеть все детали будущего боя, но… Поручик прав. Если Макаров прорвется… Нет, когда Макаров прорвется, чтобы закрепить успех, ему потребуются все их силы.

— Есть! — фельдфебель сжал зубы, в последний раз бросил взгляд назад, отполз с наблюдательной позиции и побежал обратно к расположению роты.

Вот мы и прибыли к Ляодуну. И будущая операция была гораздо сложнее всего того, что мы планировали и делали раньше. Во-первых, потому что японцы успели окопаться, и теперь нужно было не сдержать их встречный удар, а выбивать из укреплений… Причем хороших укреплений! Ну, и во-вторых, до этого, несмотря на сопки, добавляющие перепадов высот в каждое поле боя, мы каждый раз сражались на равнине. А на Ляодунский полуостров прямо по его центру заглядывал край горного хребта Цяньшань.

Этакие Альпы, из-за которых японцам достаточно было удерживать только довольно узкие проходы вдоль моря. Около 30 километров с запада, со стороны Ляодунского залива, и примерно столько же на востоке, со стороны Корейского. В такой ситуации даже с нашими силами и возможностями упираться просто в лоб было бы опасно, но вот если добавить еще и обходной маневр, то… появлялись варианты.

Главное, чтобы Врангель с Буденным, которым предстояло повторить подвиг Александра Васильевича, справились со своей задачей.

Стою, смотрю… То на краешек поля боя, который можно разглядеть своими глазами, то на карту, где видно всю обстановку на десятки километров вокруг. И везде сегодня работает 2-й Сибирский. Уже сыграли свою роль аэростаты отвлечения внимания, уже артиллеристы подогнали бронепоезд и вывели из строя ближайшие японские батареи, уже двинулись вперед броневики разминирования, заодно прикрывая идущих за броней штурмовиков… И пока без сбоев.

— Сработало… — тихо прошептал Лосьев.

— Не накаркай, — тут же возразил ему Брюммер.

— Поздно уже каркать, — Лосьев только головой тряхнул. — Нет у них тут больше пушек, чтобы остановить наши броневики.

— Нет, — согласился я. — Теперь главное, чтобы ребята продержались!

Ребята — это Врангель с Буденным, которые повели две тысячи казаков через горы. Кажется, что такое две тысячи в современной войне, но это… только кажется. Японцы строили оборону с упором на рельеф: хорошие укрепления и много орудий на равнине, и чисто символические дозоры со стороны гор. Там и пары тысяч хватит для прорыва, а больше… Их и заметить проще, и накрыть огнем на узких горных тропах — тоже.

Две тысячи же — это то, что мы могли провести тайно.