Яфет

Это ему постоянно мерещатся знаки, пророчества, видения…особенно когда надышится дымом всяких трав у костра. А если выпьет жертвенного вина, еще и не такое увидит. Пророчества пойдут фонтаном, да, Соколиный Клюв?

– Дурень, – сказал волхв с досадой, – ты можешь хоть раз говорить без дурацких шуток?

– Да ничего он ни себе, ни кому-то другому не сделает, тцар, – бросил Громострел уже серьезнее. – Ратибор – крепкий мужик. Потерять единственную сестру, когда ни отца, ни матери, – это ужасно. Но на то была воля богов. Им мстить бесполезно и себе дороже. Мстить кому-то из нас? Не думаю. Не такой он дурак.

Войско с женщинами и детьми двигается тяжело, медленно. Кони остались только у воинов, и еще у трети простых людей. Остальным пришлось идти пешком, хотя, у кого кони, позволили посадить детей, и теперь едут, тесно прижавшись друг к другу, а родители идут рядом, глядя на раскинувшуюся вокруг степь.

Войско рассредоточено вокруг, спрятали женщин с детьми внутрь кольца. Отряды каждое утро выезжают осматривать местность. Пару групп Керголл постоянно отправляет назад, убедиться, что преследователи в самом деле остались по другую сторону широкого моря.

Ратибор стал постоянно пропадать в разведке. Яфета избегает, а когда возвращается вечером из дозора, то идет к самому дальнему костру, подальше от шатров тцара и его жен. Ест с простыми воинами и спит у костра на земле, укрывшись попоной и подложив под голову седло.

Несколько раз Яфет замечал его издалека, но Ратибор лишь холодно кивал, не приближаясь, а потом скакал прочь.

Они отъезжали все дальше от моря. Впереди и во все стороны убегает степь, упирается в темнеющую на виднокрае стену леса. Всюду пахнет молодой травой, которой по весне вокруг все больше, степь покрывается зеленым ковром. Воздух насыщен запахом трав, иногда чувствуется сладко-горький аромат полевых цветов, хотя их почти нигде не видно, как будто прячутся от посторонних глаз.

Соколиный Клюв часто принюхивается, ищет что-то понятное лишь ему одному, а потом отъезжает в сторону и срывает какой-нибудь цветок или пучок травы.

Громострел смотрел в удивлении, качал головой, а потом негромко добавлял:

– Нюх у нашего волхва еще будь здоров. Вот так полдня вынюхивать, а потом сорвать один вшивый цветочек…То-то он такой скряга и не даст ни капли травяного настоя, ежели попросить. Это ж опять ему потом собирать пучок травы целую неделю, нюхая воздух, как собака. Надо будет как-то ночью проследить, не перекидывается ли он волком или псом, чтобы нюхать вволю да ссать под кустами.

Далеко слева к небу вздымаются горы, справа вскоре обнаружилась широкая река.