Яфет

Тцара и ведущих его охотников заметили, тут же повернулись остальные, задрали головы. Лица угрюмые, мрачные, однако у некоторых в глазах изумление, что этот зайд выше даже самого рослого невра.

Воцарилась тишина. Перед охотниками молча расступились. Яфет ловит на себе взгляды, кажется, что абсолютно каждый здесь мысленно посылает ему самые страшные проклятия, какие только пришли в голову.

Один старик со злым лицом смачно плюнул пленнику под ноги.

Яфета подвели к открытой площадке у раскидистых дубов. От них так и веет древней мощью. В землю врыты деревянные идолы, их суровые лики словно провожают Яфета недобрыми взглядами. Основание каждого темнеет от засохшей крови.

Тут же широкая постройка из ошкуренных бревен, с крыши сморят вырезанные звериные морды и человеческие лица. Жарко пылает обложенный камнями костер. Рядом длинный плоский камень, там темнеют ложбинки для стока крови и глиняные миски под ними.

Яфет увидел Громострела и Соколиного Клюва. Одеяние волхва испачкано землей, видны засохшие кровавые пятна. С воеводы сорвали кольчугу, теперь на нем лишь потертые штаны из кожи да рубаха. Оба хмуры, стоят на коленях, руки стянуты за спиной. Яфет заметил, что запястья воеводы покраснели от туго стягивающих веревок.

Он кивнул соратникам, встал рядом. Пожалел, что руки на этот раз связали за спиной, стянуты так, что уже начинают неметь, и путы крепкие – не разорвешь.

Из бревенчатого строения вышел Огневит. Зыркнул на Яфета из-под кустистых бровей, усмехнулся. Теперь тцар смог рассмотреть его вблизи – серебристая борода, потемневшую от солнца кожу прорезают змеи морщин. На нем жилетка из медвежьей шкуры, несмотря на теплую весеннюю погоду. Видно, что возраст берет свое, кровь греет плохо, и в шкуре приходится ходить даже весной, когда молодым тепло и без нее.

Молодой помощник протянул Огневиту нож с каменным лезвием.

– Ну что, други, – проговорил Громострел. – Хоть и не освободились, как думали, то хотя бы на славу размялись перед Великим Походом. Не зазорно предстать перед предками в вирие!

– У нас с ними общий только Род, – проворчал Соколиный Клюв. – Если нас в жертву не ему, а местным, то скорее всего загремим не в вирий, а прямиком к Ящеру.

– Да какая уже разница, – процедил Яфет. Он хмуро крутит головой, взгляд синих глаз рыщет по сторонам, словно в надежде увидеть нечто такое, что поможет ему даже связанному.

Из толпы выступила молодая женщина. Узрев ее, Яфет охнул и изменился в лице. Но глаза не отводит, взгляд прикипел к ней.

– Этого не может быть! – пробормотал он, но потом не выдержал, закричал: – Златокора!

– Чур меня, – пробормотал ошарашенный Громострел, глядя на молодую статную женщину в платье и жилеткой из шкуры поверх него.