Яд и мармелад. Жена по неосторожности

И все-таки, к моему величайшему удивлению, какой-то информацией некромант все же поделился:

– Когда мы учились в академии, над Эрчи и его будущей женой Марни издевались все, кому не лень. Я всего лишь несколько раз вступился за них. Не более.

Воистину, этот некромант умело вызывал во мне прямо противоположные чувства! С одной стороны, его добрый поступок был достоин восхищения. Но с какой же небрежностью Гилберт о нем говорил.

– А они вас другом считают…

Я покачала головой, поражаясь отчужденности этого человека.

– Погодите! Эй, постойте! Не уезжайте! – вдруг раздалось сверху.

Наполовину высунувшись из окна, Эрчи кричал и, точно флагом, размахивал чем-то красным.

Спустя несколько минут он догнал нас около кареты, запыхавшийся и довольный. В руках у него был пурпурный лист в форме сердечка с витиеватыми надписями.

Который он торжественно протянул Блэкмору.

– Не уехали? Вот и хорошо! Вот, примите от меня свадебный подарок. Марни, конечно, будет ругаться, что я заранее преподнес… Но, как по мне, такие вещи лучше дарить сразу. Может, захотите сразу воспользоваться?

И Эрчи хитро подмигнул.

– Что это? – сухо поинтересовался Блэкмор.

– Номер для молодоженов в самом Розевуде! – задыхаясь от восторга, сообщил Метьюз. – Первая брачная ночь! Ух, романтика! Я планирую купить часть акций отеля, вот партнеры и подарили мне этот сертификат на пробу. Но вам-то он, конечно, нужнее!

У Гилберта был такой вид, словно у сердечка сейчас вырастут зубы и откусят ему полруки.

Я горячо поблагодарила Эрчи и положила сердце в свой шелковый кисет. На прощание он снова заключил нас в объятия и пообещал, что всегда поможет с советом, если понадобится подсказать что-то по деловым вопросам.

– Никак собираетесь воспользоваться номером? – бросил некромант. – Розевуд считается самым роскошным отелем в Морбидионе. Грех отказываться от такой возможности.

– Если и да, то уж точно не с вами! – прошипела. – Мне не хотелось обижать Эрчи – только и всего. А то в вас столько отзывчивости, сколько в ледяной статуе.

– Вы снова поражаете меня своей добротой, мисс Бишоп.

– А вы меня – своей черствостью, граф Блэкмор.

Некоторое время мы ехали в карете молча. Уже стемнело, и город переливался огнями. Он жил своей ночной жизнью круглосуточно. В отличие от вечно сонного Дракончино.

Надо же, а ведь я даже не заметила, как стала забывать о своем родном городке…

– Вы не забыли о своем обещании? – спросил некромант.

Я вздохнула. Что бы я к нему не испытывала, Блэкмор действительно очень помог мне сегодня. И по всей справедливости должен был получить, что хотел.

Внезапно чародейный софит погас, и все вокруг погрузилось в темноту. Мы уже не ехали, а стояли. Из-за бархатной занавески с улицы пробивалось немного света.