Я тебя куплю

Был бы у меня телефон, сейчас вызвала бы полицию.

Чуть приподнимаюсь, вытянув шею и посмотрев на дорогу. Прямо перед машиной лежит распластавшееся бездыханное тело. Над ним стоит Камиль с дымящимся пистолетом.

Господи, он убил! Убил человека!

Меня охватывает паника. Открыв дверь, вываливаюсь на обочину и, кое-как встав на непослушные ноги, бегу в темноту. Не оборачиваюсь, подгоняемая страхом, но все равно не могу разогнаться. Ноги кажутся ватными, а каблуки неустойчивыми. Я сворачиваю в лес, надеясь затеряться среди деревьев.

Главное — спрятаться. Долго Камиль не протянет с таким ранением. Обязательно потеряет сознание, тогда я вернусь на дорогу, поймаю попутку и отправлюсь прямо в полицию.

Запнувшись обо что-то, падаю на прелую влажную листву. Прислушиваюсь, переводя дыхание. Никаких шагов нет. Меня не преследуют. Можно отдохнуть.

Приподнимаю голову, но чья-то лапа тут же хватает меня за волосы и ставит на колени.

— Вот ты и попалась! — режет мрак кто-то грубым низким басом.

Он обходит меня и останавливается прямо передо мной. Невысокий, но крепкий бородатый незнакомец со светодиодным фонариком на груди и автоматом наперевес.

— Боже-е-е, — протягиваю я, закрыв глаза.

— Твой дружок уложил обоих моих братков, да?

— Что? — Снова распахиваю глаза. — Послушайте, он мне не дружок. У вас с ним какие-то дела. Я к нему никакого отношения не имею.

Он направляет на меня дуло автомата, прилепляя мой язык к небу.

— А нас не за ним послали. За тобой.

Как же стремительно пролетает вся жизнь перед глазами. В мгновенье ока. Когда ты понимаешь, что все — конец. Ты умрешь здесь и сейчас. Больше не увидишь солнца, не попробуешь вкусной еды, не побываешь в других странах, не пожелаешь маме доброго утра. Тебя закопают в этом лесу, и никто никогда не принесет цветов на твою могилу.

Странно, но страх улетучивается. Вдруг становится легко, даже как-то пусто.

Я смотрю в свирепую рожу своего палача и поражаюсь холодности своего голоса:

Он даже рта не успевает раскрыть, как точным выстрелом в лоб его голову запрокидывает назад. Пошатнувшись, он падает на спину, так ничего и не ответив. А я, словно неживая, смотрю на его труп, будто это в порядке вещей.

— Ты точно больная! — Камиль хватает меня под мышку, поднимает на ноги и тащит обратно к дороге. — Сказал же сидеть и не высовываться!

— Ты убил его, — бормочу я. — Их всех.

— А что, надо было с ними грибочки собирать?! — Он убирает пистолет за ремень брюк, достает телефон из внутреннего кармана куртки и набирает номер. — Брат, нас тут цветами обсыпали. Километрах в трех от вас. Отправь Азиза и парней букеты собрать… Нет, нам все понравилось. Только у меня рука заныла. На погоду, наверное… Жду.

Он толкает меня к машине, разворачивает к себе и упирается в нее ладонями.