Я тебя куплю

С ее-то неполными пятьюдесятью килограммами. Нет, девочка, что бы ты там ни говорила, ты принадлежишь мне. От меня невозможно избавиться и сбежать.

Притормаживаю. С ней надо разобраться. Закину в багажник, пусть там покатается, подумает.

— Что ты задумал?! — тяжело дыша, выпаливает она, как только машина останавливается.

— О, зайка, это сюрприз, — скалюсь я, и в этот момент лобовое стекло с оглушительным хлопком покрывается трещинами вокруг мелкого круглого отверстия в центре.

Медсестричка замирает, с открытым ртом уставившись на меня. Я слышу, как в салоне вибрирует воздух.

В груди просыпается охотник.

Молниеносно вытаскиваю ствол из бардачка, крикнув медсестричке:

Едва она ложится, съежившись на сиденье, как я накрываю ее собой. Успеваю в аккурат за секунду до обстрела с обеих сторон. Машину штормит и потрясывает. Я слышу, как спускаются колеса, чувствую, как на меня сыплются осколки, задыхаюсь от запаха дыма и пороха.

Медсестричка подо мной не дышит и не шевелится, даже спустя время после наступления тишины. Моя ладонь утопает в чем-то горячем и липком. Я приподнимаю голову, сглатывая от подкрадывающегося ужаса: по моим пальцам стекает густая темная кровь.

Ад… Самый настоящий ад разверзается над моей головой. Невозможно шевелиться, дышать, думать. Я молюсь, чтобы все поскорее закончилось, дрожа от череды выстрелов под тяжелым твердым телом Камиля. Его тепло дарит мне надежду. Мы не умрем. По крайней мере, сегодня. Он обязательно спасет нас.

Все затихает так же внезапно, как обрушилось на нас. Меня душит запах едкого дыма и пороха. Легкие покалывает от недостатка воздуха, но я боюсь даже шевельнуться.

Приподнявшись надо мной, Камиль секунду медлит, потом подхватывает меня под плечи.

— Ты ранена?! — с неприкрытым беспокойством спрашивает он, глядя мне в глаза.

В нос заползает сладковатый запах крови. Единственная уцелевшая фара дает нам каплю рассеянного света, которого достаточно, чтобы увидеть рану на предплечье Камиля. Кровь бьет толчками, заливая его рубашку и брюки, а он даже не морщится. Заталкивает меня промеж кресел назад и указывает вниз.

— А ты куда?! Камиль, у тебя ранение! Тебе нужно в больницу!

Он быстрыми, резкими движениями откидывает крышку с автоаптечки, вынимает жгут и перетягивает им руку, взяв один край в зубы.

— Я сказал не пикать! Ерунда: сквозное.

— Не самый лучший, — язвит он и выскакивает из машины.

Оглушительный хлопок заставляет меня вскрикнуть и закрыть уши руками. Я сползаю на пол, лбом уткнувшись в колени. Бормочу что-то бездумно и невнятно, сходя с ума от липкого ужаса, крадущегося по спине, тянущего за волосы, проникающего под кожу.

Еще один хлопок. Третий. Четвертый.

Я отнимаю ладони от ушей, но ничего не слышу. Все вокруг звенит мраком.