Я тебя куплю

Домой возвращаюсь злым. Понимаю, что сам себе создал проблемы, а назад пути нет. Заскакиваю в супермаркет, бездумно затариваюсь и тащусь домой в надежде отдохнуть.

Медсестричка сидит в кресле и даже не смотрит на меня, когда я возвращаюсь с полными пакетами. Только Маркиза встречает меня, трясь об ноги в ожидании свежего желе.

— Это тебе! — я бросаю медсестричке краску для волос. — Надеюсь, угадал с цветом. И не спорь, что ты не крашеная.

Она смотрит на меня воспаленными от слез глазами и бубнит:

— Значит, не прогадал. Перекрашивайся. Кстати, твое полное имя Настя?

— Ася от Анастасии. Логично же.

— Ася — мое полное имя.

— Ясно, — киваю, быстро соображая. — Звать тебя теперь будут Настя.

— Нравится мне это имя. Еще вопросы? — Я открываю холодильник и выкладываю в него все, что закупил. — Ты если еще не въехала, то набирай скорость. Нянчиться с тобой я не буду, а работы у нас до хреновой матери.

— У нас? — переспрашивает она.

Хлопаю дверцей холодильника, подлетаю к медсестричке и, схватив ее за челюсть, четко говорю в ее испуганное лицо:

— Не прикидывайся дурой и невинной овцой. Меня этим не пронять. А будешь раздражать — знаешь, что я с тобой сделаю. Топай в ванную и перекрашивайся, пока наголо не побрил. Поняла?

Она судорожно кивает, хлопая ресницами. Так-то лучше. Через денек-другой будет шелковая.

— Ты учись быстро всасывать, — добавляю я, чуть ослабив пальцы и заметив красные следы от них на ее коже. — Я не мальчик. Мне тридцать три. Я закален в таких суровых условиях, о каких ты и не слышала. Я волк-одиночка, для которого ты — обуза. Но я сжалился над тобой. Так будь мне благодарна. У тебя полтора часа. Потом ванная моя. Не успеешь, значит, вместе купаться будем.

Ее глаза расширяются, и она звучно сглатывает. Уголок моих губ дергается. Оказывается, медсестричку надо держать в тонусе, чтобы не тупила. Стоит припугнуть, как в ее голове ржавые шестеренки в движение приходят.

Я отпускаю ее и, пока она стрелой летит мимо меня в ванную, бросаю вслед:

На краске этот засранец не поскупился. Дорогую купил, качественную. Хоть волосы в солому не превратились. Правда, непривычно снова видеть себя шатенкой. Олегу я нравилась блондинкой. Ради него и осветлялась регулярно.

Хорошо выполоскав волосы, залезаю под душ. Не знаю, зачем. Наверное, смыть с себя грязь от вранья Олега. Подставляю лицо к прохладной воде, возвращая себя трезвость ума.

Камиль говорил загадками. Ляпнул что-то про долги, но почему-то связал меня с врагами Олега так, словно это я им дорогу перешла. А что, если он лжет? Может, Олег ни в чем не замешан. Он же врач! Он давал клятву, работает в крупной клинике, часто ездит по другим городам на самые сложные операции.

А ты уверена в этом? Ты знаешь об Олеге лишь с его слов.