Я тебе запрещаю

— Что ты знаешь? Поделись со мной.

— Ты мне врал! Врал!

— Что ты говоришь? О каком вранье? Я был честен с тобой.

— Не ври! Ты сказал, что ничего не было. А было! Было, Рустам! Было…

Сводит брови и сжимает губы. Но молчит. Значит, правда. Умирает последняя надежда.

— Откуда ты знаешь? — лишь спрашивает.

— Она сама мне сказала, — устало произношу я. Силы опять оставляют меня.

— Что за бред? Где вы виделись?

— Мне больно, Рустам. Отпусти меня.

Он отпускает мою руку.

Я иду к тумбочке. Беру сумку и телефон.

— Я ухожу, — говорю спокойно и ищу в телефоне номер такси.

— Ты никуда не пойдешь! — по его голосу я понимаю, что, скорее всего, так и будет. Но я не собираюсь так легко сдаваться.

— Я не хочу тебя видеть, — сжимаю пальцы. — Я ненавижу тебя! Ненавижу! Ты! Ты!

— Ну? Кто же я? — спрашивает с усмешкой.

— Я вызываю такси и уезжаю, — просто говорю я.

— Телефон! — Рустам протягивает руку.

— Ну, уж нет! — возмущаюсь. — Телефон я тебе не отдам! Ты не имеешь права.

Он не спорит. Просто подходит ко мне молча, заламывает руку и телефон падает на пол.

— Ненавижу! — кричу и пытаюсь освободиться. — Я все расскажу Артуру! Я выйду за него замуж! Слышишь! Выйду!

— Нет, — спокойно говорит он, глядя мне в глаза. — Не выйдешь. Ни за Артура, ни из этого дома.

— Почему? — мне хочется плакать, но я не доставлю ему такого удовольствия.

— Потому что я тебе запрещаю.

Я открываю рот, чтобы сказать, куда ему стоит пойти с его запретами, но в этот момент раздается звонок в дверь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я специально уехал из офиса пораньше. Мне не терпелось увидеть Настю. Забрать ее к себе. И поговорить уже с Марией Эдуардовной.

Волновался ли я? Конечно, нет. Я бы забрал Настю при любом раскладе. Никто и ничто уже не сможет изменить мое решение.

Да, надо мной все ещё висело обещание, данное Михаилу. И я честно пытался выполнить его. Оттолкнуть от себя Настю. Но нет. Это было просто невозможно. Она болезненной занозой поселилась где-то внутри меня. И эта боль… Я не смог бы без нее жить. Она стала частью меня.

А ещё это все напомнило мне то, что я уже когда-то чувствовал. Когда-то давно. Когда был моложе и глупее. Но сейчас я уже не наивный юнец. Но получается, все также глуп. Раз не смог противостоять какой-то маленькой девочке.

Много раз я повторял себе, что Настя заслуживает лучшего. Эта чистая, искренняя девочка достойна настоящего доброго счастья. А не такого как я.

Но все эти рациональные мысли разбивались о чувства. Мои чувства.

Глядя на нее, спящую рядом со мной, я окончательно понимал, что не отдам ее. Даже если она сама этого захочет. Не отдам. Потому что моя. Только моя.