Я отведу тебя в место силы...

Повернул голову – но соседняя кровать была пуста и даже аккуратно заправлена. А это значит, что Аржан уже встал. Чимин поднялся, потянулся за висящей на спинке кровати одеждой, натянул футболку и джинсы и, как был, с босыми ногами, прошлепал на крыльцо. И тут же зажмурился от яркого солнца, заливающего весь просторный двор.

Пригладил пятерней растрепанные светлые волосы и полной грудью вдохнул свежий, чистый, пахнущий разогретой землей и разнотравьем воздух.

И тут же услышал откуда-то сбоку голос приятеля:

- О, привет! Проснулся?

Аржан вышел из-за аила, неся полное ведро воды – ходил к колодцу.

- Да нет! Нам торопиться пока некуда. Да и рано еще! - ответил юноша. – Сейчас маме воду отнесу и вернусь.

Чимин кивнул и принялся рассматривать подворье. Участок был довольно просторным, так что на нем свободно располагались два жилых строения и в задней части – видимо, хозяйственные постройки. Потому что с той стороны слышалось кудахтанье кур, похрюкивание свиньи и блеянье овец. Аккуратный, с ровными грядками огород всем своим видом так и кричал, что хозяйка прекрасно справляется со своими обязанностями. Неподалеку от аила располагалась небольшая, сложенная из кирпичей, обмазанных глиной, печь, на плите которой сейчас побулькивал большой полукруглый котел.

Взгляд музыканта переместился дальше, за добротный крашеный забор из узких деревянных планок, охватывая длинную извилистую улицу, по которой бежали отделенные друг от друга оградами дома, все как один – деревянные, под острыми двускатными крышами. В некоторых дворах росли редкие деревья, рядом с домами стояли шестигранные, с конусообразными высокими крышами аилы – как на подворье семьи Аржана.

Равнина, на которой раскинулось село, с трех сторон была окружена горными хребтами. Но горы были не острыми, а округлыми, сложенными из голых скальных пород, местами поросших травой и кустарником. И над всем этим древним великолепием вздымалось высокое летнее небо с белыми барашками облаков.

Картина была настолько прекрасная, что Чимин опять вдохнул всей грудью вкусный, напоенный ароматом прогретых солнцем трав воздух.

Аржан вернулся уже без ведра, подошел к крыльцу:

- Мама сказала, что сейчас будем есть.

- Да? Тогда мне надо умыться, - заторопился старший из парней. Но не успел он сделать и шага, как деревянная дверь аила распахнулась, и оттуда показалась невысокая, тонкая как тростинка, девушка, совсем еще девчонка, лет пятнадцати, с закрытыми глазами и сонным лицом. Похоже, она толком еще не проснулась. Девчонка была одета в старенькое ситцевое платьице, едва прикрывающее тонкие коленки и ладно обрисовывающее небольшую аккуратную грудь.