Я вернусь, когда меня не станет

— У Шубиной есть сестра, кстати, она перед вами побывала здесь с мужем, приехала попрощаться…

Гринбес умеет иногда смотреть — так не смотрит хищник на свою добычу, она буквально ввинчивалась зрачками в парня, препарировала его виртуально, отчего тот прервал рассказ, чувствуя себя заранее виноватым. А Лидия Николаевна осторожно, будто боялась спугнуть дичь, прошипела:

— Геночка, ты записал адрес сестрички с мужем?

Он уже понял, какую допустил оплошность, потупился, брови свел к переносице и засопел. Лидия Николаевна взметнула вверх руки, придя в ярость.

— О боже! Два молодых дарования на одну меня одновременно — многовато! Гена! Ты смерти моей хочешь? Это не просто труп, — указала она обеими ладонями на обнаженное тело. — Это убийство, Гена! Все, кто попадает в поле убитого человека, должны браться на заметку! Это свидетели, по меньшей мере, а возможно, заказчики, преступники… Вас этому в институтах уже не учат? Неужели ты не знал?

— Знал, но… она же сестра, и ничего такого…

Лидия Николаевна заходила по моргу, ее шаги отдавались в этом холодном помещении, а фразы повторяло слабенькое эхо:

— Боже! За что ты мне на старости лет послал сопляков? Эдьку, который из штанов лезет, ум свой показывая, и этот очкарик хренов. Они же ни хрена не умеют, ни черта не знают, кроме понтов ни на что не пригодны!

— Но… — заблеял бедняга. — Она была убита горем…

— Кто?!! — прорычала Гринбес.

— Сестра Шубиной. Она стояла у тела и так плакала…

— Слезами плакала? Натуральными? — явно издевалась Гринбес.

— А то! Искренне, горько плакала, честно! Я не решился приставать к ней с расспросами… Ну, видно же, когда у человека горе! Приличные ребята специально приехали попрощаться…

— Фу-х… Нет, я с вами дуба дам раньше законного срока! — Злющая Лидия Николаевна притормозила возле трупа, испепеляя взглядом недоразумение напротив и с другой стороны тела. — Рассказывай подробно, что тут было, как они выглядели, что говорили… Дословно!

Последнее слово рявкнула так — чуть очки не упали с носа парня.

Не предполагал Георгий, что выбор одежды (занятие крайне неинтересное для нормального человека) занимает столько времени. Он замаялся бродить за Ириной, в конце концов, порядком устав, развалился в кресле и, выпив кофе, который ему любезно предоставили в отделе женской одежды, буквально провалился в черную дыру. Но почти сразу, как ему показалось, его лица коснулась теплая ладонь, одновременно он услышал очень близко:

Мгновенно открыв глаза, Георгий прямо перед собой увидел жгучую брюнетку с прической каре и улыбающиеся кровавые губы, которые сказали:

— Гоша, нам пора. Вставай.

— Ты кто? — подтянувшись на руках, спросил он.

— Не притворяйся.