Змей и голубка

Архиепископ помрачнел и жестом поманил одного из моих братьев к себе. На плече его висел изуродованный труп. Красные ожоги покрывали лицо и шею ведьмы и исчезали под воротником ее платья.

– Последние полчаса я имел удовольствие беседовать с этим созданием. Благодаря некоторой доле убеждения оно поделилось со мной множеством ценных сведений. – Архиепископ взял труп и бросил его в груду. Тела покачнулись, и мне на сапоги потекла кровь. К горлу подкатила тошнота. – Вы не знаете, какую судьбу уготовили ведьмы нашему королевству, капитан Диггори. Мы не можем позволить им осуществить свой замысел.

Жан-Люк выпрямился, мгновенно насторожившись.

– Что они задумали?

– Восстание. – Архиепископ смотрел только мне в глаза и не отводил взгляда. – Смерть.

После этих зловещих слов в зале воцарилась тишина."

"Кто-то беспокойно шевелился. Кто-то нервно оглядывался. Никто не смел спросить, что это значит – даже Жан-Люк. Ровно так же никто не смел задать и другой важный вопрос. Тот самый вопрос, на котором держалась вся наша вера.

Я оглянулся на братьев и увидел, как они переводят взгляды между Архиепископом и измученной изуродованной ведьмой. Как уверенность снова вспыхивает в их глазах. Как подозрение уступает место оправданиям, возвращая прежний, привычный всем нам уклад.

Удобная ложь.

Все это было просто диверсией.

Да, лишь отвлечением внимания.

Ведьмы хитры.

Разумеется, они его оболгали.

Лишь Жан-Люк не поддался. Его острый взгляд обмануть было не так легко.

Хуже – на его лице расплылась широкая улыбка. Широкая и кривая – из-за отекшей челюсти.

– Мы должны найти Луизу раньше ведьм, – сказал Архиепископ. – Она – ключ, Рид. Если она умрет, вместе с ней погибнет и король, а также его потомство. А потом и все мы. Ты должен на время забыть о своей ссоре с ней и защитить королевство. Почтить свои обеты.

Мои обеты. Истинная ярость вскипела в моих жилах от этих слов. Этот человек, возлегший с Госпожой Ведьм, который на каждом шагу нарушал и предавал свои обеты, уж точно не смеет говорить со мной о чести. Я медленно выдохнул через нос. Руки все еще дрожали от гнева и возбуждения.

– Пойдем, Ансель.

Архиепископ оскалился и вдруг обернулся к Жану-Люку.

– Шассер Туссен, соберите отряд. В течение часа вы должны быть на улицах. Предупредите констеблей. К утру ее нужно найти. Вам все ясно?

Жан-Люк поклонился, торжествующе усмехнувшись мне. Я смерил его ответным яростным взглядом, ища в его лице хоть каплю сомнений, сожалений – но их не было. Его час наконец-то настал.

– Да, Ваше Высокопреосвященство. Я вас не подведу.

Ансель поспешно последовал за мной, и мы быстро поднялись по лестнице.

– Что будем делать?

– Мы делать ничего не будем. Я не хочу, чтобы тебя все это коснулось.

– Но Лу мой друг!

Его друг.