Змей и голубка

 – Это дурман их затуманил».

Но в глубине души я знал: все иначе. В тот миг Лу оказалась сломлена. Моя сумасбродная, волевая сквернословка-дикарка оказалась сломлена. И сломил ее я.

«Ты мне не жена».

Я ненавидел себя за то, как поступил с ней. И еще больше – за все, что до сих пор чувствовал к ней. Она ведь была ведьмой. Невестой Люцифера. И если так, то кем же тогда был я?

– Ты просто трус, – выплюнул Ансель.

Я резко остановился, и он врезался в меня. Его злость испарилась при виде моего взгляда – при виде гнева, который кипел в моих венах и кровью приливал к лицу.

– Да ради бога, ступай! – зарычал я. – Иди за ней! Попробуй защитить ее от Морганы ле Блан. Может, ведьмы даже разрешат тебе поселиться вместе с ними в Шато. И на костре ты тоже сможешь сгореть вместе с ними.

Он отшатнулся. Ошеломленный. Обиженный.

Вот и прекрасно. Я резко развернулся и последовал дальше. Ансель шел по опасному краю. Если остальные узнают, что он пожалел ведьмино отродье…

Жан-Люк вошел в открытые двери, неся через плечо ведьму. Из проколотой шприцем шеи ее сочилась кровь. За спиной Жана-Люка среди мертвецов на ступенях собора лежала голубка. Перья ее были смяты, перепачканы в крови. Глаза – пусты. Слепы.

Я отвернулся, стараясь не думать о том, как защипало в моих собственных глазах."

"Братья ходили вокруг, занимаясь делами. Кто-то заносил в собор мертвецов с улицы. Многие ведьмы сбежали, но тела некоторых из них бросили в груду в фойе. К неприкасаемым. Их публично казнить не будут. Только не после «Древних сестер». Не после того спектакля. Даже если Архиепископу удастся что-то исправить, молва разойдется быстро. Даже если он будет все отрицать, даже если кто-то ему поверит, ведьмам уже удалось заронить зерно сомнений в умы людей.

Архиепископ зачал дитя с Госпожой Ведьм.

И хотя самого Архиепископа нигде было не видно, имя его слышалось повсюду. Братья говорили тихо, но я все равно их слышал. Все равно видел их косые взгляды. Их подозрения. Их сомнения.

Жан-Люк оттолкнул Анселя локтем, чтобы встать рядом со мной.

– Если ты ищешь свою жену, ее здесь нет. Я видел, как она меньше четверти часа назад выбежала отсюда… В слезах.

В слезах.

– Что произошло наверху? – Жан-Люк посмотрел на меня с любопытством и изогнул бровь. – С чего ей убегать вот так? Если она боится ведьм, в Башне ей безопаснее всего. – Он умолк на секунду, и на лице его расплылась поистине страшная усмешка. – Разве что нас она теперь боится больше?

Я бросил труп на груду ведьм, пытаясь не думать о тревоге, которая закопошилась внутри.

– Сдается мне, у твоей жены есть одна тайна, Рид. И, похоже, ты знаешь правду. – Жан-Люк подступил ближе, остро – слишком остро – глядя на меня. – Похоже, правду знаю и я.