Небо и земля. Том 2

Ставни, поставленные Айрамиром, хозяюшки запирали с наступлением сумерек и открывали поутру, когда ночь отступала. А в течение дня окна не закрывались, потому что светло и некого опасаться.

- Побоялась я вести Люню домой. Велела дожидаться на дорожке, а сама пробралась к окну, чтобы заглянуть...

- И? - Не выдержав, Айями схватила её за руку.

- Ставни на кухне заперты, а в комнате прикрыты наспех. Видимо, действовали второпях... Ох, Айя, плохо там всё... Стекол нет. Выбиты...

Айями оперлась ладонью о стену. Чтобы удержаться на ногах, потому что пол покачнулся перед глазами.

- В комнате темно, и с улицы не видно толком, что творится внутри. Испугалась я, думаю, а вдруг они не ушли? Затаились и нас ждут. Вернулась к Люне и повела прочь. А куда нам податься, не знаю. Найти бы место, где есть люди и где безопасно. Иду и оглядываюсь: кажется мне, что за нами крадутся. А дома вокруг точно вымерли. Ни одной живой души. Хоть бы патруль, что ли, попался навстречу, всё спокойнее. Так и добрались до перекрестка, а там и до ратуши недалеко... Вот, сидим, тебя ждем. Ума не приложу, что нам делать...

Отлепилась Айями от стены и добралась на негнущихся ногах до сиденья.

- Мам, я писать хочу. - Затеребила Люнечка за рукав.

- Сейчас, моя хорошая, - пробормотала Айями. Притянула девочку к себе и поцеловала. Механически, потому что в голове творилось невесть что. В мыслях - кавардак и смятение. Пока Эммалиэ и дочка гуляли, кто-то разбил окно и затворил ставни. Зачем? Из баловства. Или для того, чтобы снаружи не увидели, что происходит внутри. И умысел незваных гостей, конечно же, не благой. Стёкол нет, значит, жилище выстудилось в миг. Что делать? Прежде всего, оценить последствия погрома. Придется заколотить окна досками и жить как в подземелье. Или переселиться в бывшую квартиру Эммалиэ, чем не бункер? За окном смеркается, ночь близится с каждой минутой, и нужно позаботиться и об ужине, и о ночлеге. Надо вернуться в квартиру, но без Люни, нельзя подвергать её опасности. Хотя тот, кто проник в жилище, вряд ли там задержался.

- Мам, ну, мам, - не унималась Люнечка. - Я домой хочу! К Динь-дон. И кушать хочу.

- Погоди, милая, сейчас что-нибудь придумаем, - пробормотала Айями, лихорадочно размышляя. - Ждите здесь, скоро вернусь.

Под недовольным взглядом дежурного она направилась к лестнице. По кислой физиономии даганна Айями поняла, что посторонние в фойе успели намозолить глаза, однако ж, он проявил благодушие и не выгнал посетительниц на улицу. Слава святым, Эммалиэ при входе смогла выдать на даганском нечто, отдаленно похожее на: ""Айями лин Петра работает тут"". И бабушке с внучкой было указано на стулья, мол, сидите, ждите."

"Айями поднялась на третий этаж.