Белочка во сне и наяву

Примерно десять тысяч, да?

– Не знаю, – честно ответила я. – Когда я переехала жить к Максу, печка тут уже была, а во время ремонта мы ее менять не стали. Зачем выбрасывать то, что прекрасно работает?

Мирон вытащил из кармана странный предмет, смахивающий на губную гармошку, и начал тыкать в него пальцем, продолжая безостановочно говорить:

– Не по-хозяйски расшвыриваться деньгами. Вы же их не в огороде выращиваете, а зарабатываете. Вот давайте подсчитаем. Если пойдем в магазин за новой микроволновкой, отдадим в кассу десятку, плюс мастеру двушку за установку. Итого, двенадцать тысяч.

– Что-то вы за установку микроволновки в шкаф слишком много хотите, – не согласилась я. – За две тысячи можно еще одну печь купить.

Мирон оторвал взгляд от «гармошки».

– Прейскурант такой. Чем дороже вещь, тем больше вы отсчитываете за ее подключение. Запомнили цифру? За новую – двенадцать. Если станем чинить старую, то понадобится магнетрон, а он в этой модели тянет на девять тысчонок, плюс четыре мастеру за возню и три за установку. Итого, восемнадцать.

– Стоп! – скомандовала я. – Неверно посчитали. Пятнадцать.

Краузе кашлянула:

– Неудобно вас поправлять, но семнадцать.

Мирон потряс странным предметом с кнопками, постучал по нему пальцем и заявил:

– Шестнадцать, я не туда нажал. Тут есть небольшой дефект, надо клавиши иначе расположить.

– Шестнадцать? – переспросила я. – Реанимировать старое дороже, чем приобрести новое?

– Ой, как невыгодно! – закудахтала Роза Леопольдовна.

– Минуточку. Новую микроволновку мастер установит в шкаф за две тысячи? – поинтересовалась я у Мирона.

– Прейскурант, – напомнил парень.

– Тогда почему за возвращение на место старого прибора вы насчитали три? – наседала я.

– Так поломанную печку вынуть надо, демонтировать, – пояснил мастер. – Каждая операция оплачивается.

– Ваши услуги стоят запредельно, – топнула я ногой. – К моей соседке в понедельник приходил мастер подключать стиральную и посудомоечную машины, он за все попросил семьсот рублей.

– Шарашкина контора. Не механик, – отрезал Мирон, снова перешедший на телеграфный стиль общения.

– Вы сейчас про Светлану из девяносто третьей говорите? – повернулась ко мне Краузе и прищурилась. – К ней сегодня днем аварийка приезжала. Я как раз домой шла, смотрю, желтый фургон стоит, а Светлана вся в слезах. Включила она всю свою новую технику одновременно, и через десять минут у нее в унитазе трусики вперемежку с чайными ложками всплыли.

– О! Дешево и плохо, – назидательно произнес Мирон. – Можно вообще бесплатно, тогда супер.

– Дармовой сыр бывает исключительно в мышеловке, простите за банальное замечание, – возразила я."

"Мирон опять начал терзать штуку, служившую ему калькулятором.