Белочка во сне и наяву

 – Лампа, милая, вы же не подумали, что мой сын сумасшедший?

– Конечно, нет, – ответила я. – Мне известна разница между психиатром и психотерапевтом.

Зуева села в кресло.

– К сожалению, в России многие люди считают, что эти специалисты оба занимаются душевнобольными. Регина не сразу увлеклась психотерапией, по образованию она дерматолог. У Вадима в детстве началось непонятное заболевание, совершенно не заразное, – кожа рук покрывалась пятнами и отчаянно зудела. Врачи поставили диагноз нейродермит. Чем мы только не лечились! Мази, таблетки, уколы, лечебные ванны, народные средства… Ничто не помогало. В конце концов, уж не помню как, мы попали к Регине, и она справилась с недугом, сама приготовила какое-то лекарство. Вадик стал его принимать, и мы забыли о болезни. Потом Регина выучилась на психолога, сменила специализацию, но Вадим до сих пор обращается к ней как к дерматологу. Сыну скоро двадцать три стукнет, значит, мы знакомы с Реги почти девять лет. Я ее очень люблю. Удивительный врач, тонко чувствующий пациентов. Сейчас она изредка бесплатно консультирует подопечных фонда.

Послышались шаркающие шаги, в комнату вошла Лариса. За ней Михаил.

– Тебе плохо? – забеспокоилась Нина Феликсовна. – Лицо осунулось.

– Почему вы убежали, когда услышали имя Малик? – задала я вопрос.

Малкина опустилась на диван.

– У метро работает большой торговый центр, там сплошь продавцы из ближнего зарубежья, в основном кавказцы и выходцы из Средней Азии. Не хочу ничего плохого о них сказать, с покупателями они приветливы, услужливы, цены не задирают…

– Раньше там пройти страшно было, – перебив ее, скривилась Зуева. – Стояли полосатые палатки с барахлом и гнилыми фруктами. Идешь мимо – держи сумку обеими руками, а лучше спрячь под пальто. А в начале нулевых, как этот центр возвели, порядок воцарился."

"– Сейчас в магазине благодать, – кивнула Лариса. – Но там работает много молодых парней. Кровь у них восточная, горячая, комплименты говорят, как стихи читают. В прошлом году зимой, где-то в декабре, прибегает Анюта домой раскрасневшаяся, глаза горят. На кухню пошла, песню под нос мурлычет. Я поинтересовалась, что за радость у нее случилась, она и разоткровенничалась. Месяц назад Аня познакомилась с юношей. Часто проходила мимо его лавки, а торговец все красивые слова говорил, потом предложил туфли купить, сделал большую скидку. А сегодня в кино пригласил. Я как услышала, за голову схватилась, велела ей больше по центру не шляться, у метро не задерживаться, сразу домой идти. Объяснила: мусульманин никогда на православной не женится. Даже если сам захочет девушку в загс отвести, его семья воспротивится. Уж я-то точно знаю.