Белочка во сне и наяву

– Ты сказала «человек со следами криминального аборта», а надо было – «женщина». Женщина – не человек. В том смысле…

– Сколько можно ходить за куревом? – нервно воскликнула Лариса, выскакивая в коридор. – Миша, а ты что тут делаешь? Почему не в институте?

– Мама, в стране майские праздники, – напомнил парень, – и у вас случилась беда, я хочу помочь, потому и приехал.

– Выяснилось что-то? – спросил Вадим.

Малкина покачала головой.

– Комната Анюты выглядит так, словно подготовлена к обыску. Везде идеальный порядок, ничего лишнего, никаких записей, кроме дневника. Но в нем нет ничего о личной жизни и любовных переживаниях. Кузнецова не пропускала ни одного дня, всегда делала заметки, только они касаются работы или взаимоотношений с товарищами по дому Доброй Надежды. Вот, слушайте!

Малкина раскрыла тетрадь, которую держала в руках.

– «Двадцатое апреля. Сегодня ведущий стилист Лёня показал мне, как надо делать укладку, – не зачесывать волосы в одну сторону, а постоянно менять направление, потом раздуть их феном и оформить завиток. В колледже преподаватели говорят иное. Но я верю Лёне, у него крутые прически получаются. Хотелось бы мне хоть чуть-чуть быть на него похожей. Пока у меня не очень выходит, но я не сдамся, добьюсь своего. Нина Феликсовна и Лариса Евгеньевна еще будут гордиться мной. Непременно выиграю конкурс Всемирного парикмахерского искусства и подарю им «Золотые ножницы». Зуева и Малкина дали мне шанс стать хорошим человеком. Я никогда не должна это забывать».

Я постаралась не измениться в лице. Видимо, не одна хитрюга Кира в курсе, что Нина Феликсовна может потребовать дневники для тщательного изучения. Анюта понимала – личные записи могут легко перестать быть таковыми, тщательно обдумывала каждое слово и беззастенчиво льстила Зуевой и Малкиной.

– «Двадцать первое апреля, – продолжала управляющая. – Сегодня утром Надя попросила у меня туфли. Темно-красные лодочки, которые я купила в середине месяца. У Нади на работе праздник, ей хочется выглядеть нарядной, платье у нее есть, а приличной обуви не имеется. Сначала я хотела отказать. У Надежды зарплата на три тысячи больше, чем у меня. Почему я могу собрать на выходные шпильки, а она нет? Да потому, что я очень аккуратна с деньгами, все не трачу, откладываю. Надюша же, как получит аванс, летит в кафе или в кино. Погуляет два-три раза, прокутит все и сидит потом без копейки, клянчит у всех в долг. Я себе в удовольствиях отказываю, зато с новыми туфлями. Но потом я подумала, что жадничать нехорошо, Надя моя подруга. И отдала ей лодочки. Надо бороться с жабой».

Лариса перевела дух.

– Ну и остальное в подобном роде. Ни одного намека на роман. А ведь в апреле она уже была беременна.