Дочь предателя. Баллада Пепла и Льда

 – Отдохнуть получится, как я понимаю, только на том свете?

В синих глазах склонившегося надо мной Тайлера мелькнула озабоченность, и суровая сосредоточенность на миг уступила место нежности.

– То есть еще не скоро! – отрезал он.

– Может быть, поцелуйчик? – попросила я то ли в шутку, то ли всерьез.

Мы зацепились взглядами. Вот она я, Тай, лежу перед тобой – воротник куртки расстегнут, грудь вздымается от тяжелого дыхания, на лбу бисеринки пота. Тайлер прикусил губу, борясь с волной желания, а мой рот слегка приоткрыт, потому что иначе никак не набрать в легкие воздуха, вдруг сделавшегося густым и вязким. Тай, едва касаясь, провел тыльной стороной ладони по моей горячей щеке. Захочет большего – я и не подумаю сопротивляться.

– Сорвемся один раз и уже не сможем остановиться, – сказал он с горечью, но твердо. – И с тех пор каждый день здесь на досках арены станем заниматься совсем другими тренировками. Приятными, не спорю…

Он так жадно посмотрел на мои губы, что я физически ощутила его влечение.

– Но тогда я ничему тебя не научу.

– Кое-чему все-таки науч…

Тайлер резко откачнулся и одним стремительным движением поднялся на ноги.

– Подъем, кадет Дейрон! – рявкнул он. – Продолжаем бой.

В бесконечной круговерти спаррингов миновала неделя, и вот наступил день, когда в распахнутые ворота одна за другой потянулась вереница повозок.

– Так мы можем спуститься? – подхватил вопрос Листори наш Меррит, а Ронан выпустил изо рта облачко пара, чуть ли не изогнувшееся вопросительным знаком. – Страсть как интересно.

– Построиться! – гаркнул Хоффман, и желторотики едва не пустились в пляс.

Скажи мне кто-то в начале жнивеня, что кадеты придут в восторг, когда в Академию доставят свежих, крепких тварей, я бы ни за что не поверила. И вот, пожалуйста, первогодки, которые перед входом в лабиринт тряслись как овечьи хвостики, теперь потирают руки в предвкушении битв.

Наверное, так и становятся воинами.

***

Широкий двор форта, забитый повозками и людьми, показался тесным. В воздухе кружилась мелкая снежная крупа, оседала на волосах. Я нашла взглядом Тайлера, занятого разговором с высоким немолодым офицером. Снежинки на его темных волосах казались изысканным украшением, блестками, которыми, по слухам, любят украшать себя столичные модницы. Вот только Тайлер не обращал внимания на непогоду и не знал, каким красивым он выглядит сейчас в моих глазах: высокий, широкоплечий, затянутый в черную форму, которая сидит на нем как вторая кожа, и эти искры в черных волосах… Если он не поцелует меня в ближайшее время, я просто с ума сойду!

– Не пялься на него! – одернула меня Веела и потащила за руку к коробу, вокруг которого собирались первогодки, ожидая зрелища.