Сага о Копье: Омнибус. Том I

Я назвал его Золото Глупца, потому что это единственное сокровище, которое я получил за мою глупость. Как я говорил, я пытался от него отделаться, обменять или продать, но всякий раз случались несчастья, и я оставил попытки. Я также пытался лгать, чтобы испытать проклятие, но опять случались несчастья, и больше я так не делаю. Это моя судьба, мое проклятие и полученный мной урок честности.

Если я скажу, что ваше пиво безвкусно, а ваши кровати годятся только для блох, это правда, а многим не по нраву слушать неприятные слова. Так вот, я пришел в ваш городок и пробуду здесь день-два, пока мое присутствие не станет невыносимым, тогда я уйду. Я живой пример того, насколько глупа ложь и недальновидны самообман и жадность. И, конечно, уроков дракона.

Дженгар закончил свой рассказ в полном безмолвии, горожане размышляли над его словами. Потом тишину прервал внезапный шум, когда Мелисса, служанка, развернулась и с размаху влепила дворянину пощечину, затем с красным лицом и слезами на глазах стремительно убежала в хозяйственное помещение.

Старый барон, казалось, удивился и достаточно громко, чтобы присутствующие услышали, пробормотал:

— Что с ней стряслось?

Дженгар серьезно посмотрел на него:

— Во время моего рассказа ты, господин, положил руку туда, куда воспитанному человеку ее класть не следует. Когда рассказ закончился, девушка осознала и свое положение, и твое намерение.

Теперь пришла очередь покраснеть барону.

— Ну, ты же видишь, тут…

Дженгар прервал его:

— Я вижу — тут и говорю — тут, и говорю правду — тут, потому что это мое проклятие. Ты что думаешь, моя история просто безобидная небылица? Она правдива, поэтому я не могу долго оставаться на одном месте. — С этими словами путешественник отнес свою пустую кружку и кружку пса к бару.

Слушатели восприняли это как официальный конец представления и вернулись к своим занятиям. Служанка так и не появилась.

Дженгар сделал знак принести еще два нива и заметил, как трактирщик бросил сердитый взгляд в сторону камина и дворянина.

— Тебе не нравится этот благородный господин? — спросил Дженгар, и удивленный трактирщик вновь обернулся к нему.

— Старый барон? Я никогда не говорил… — начал он, но потом пожал плечами.

— Тебе и не надо этого делать. Я так понимаю, он не прочь поглазеть на молоденьких женщин?

— Глазел бы и глазел, это меня не волнует, — сказал трактирщик. — Лишь бы руки не распускал. И все остальное. Он давит на меня, чтобы я отдал Мелиссу к нему в услужение.

— И ей все равно?

— Ни в коем случае. Она угрожает, что сбежит, если я соглашусь. А он тем временем создает для меня все более тяжелые условия работы. Поднимает пошлины, вводит разные мелкие законы и изводит по всяким незначительным причинам.