Сага о Копье: Омнибус. Том I

Гном скорее бы умер, чем вернулся в переулок, но вместе с ключом от дома в той связке был и ключ от мастерской. Если он будет дожидаться рассвета, даже ребенок сможет унести их.

«Будь драконом внутри», — сказал Гильбеншток себе.

Гном знал: он что угодно, только не дракон, знал и то, что может обмануть себя, поверить в свою храбрость и в то, что знает, как правильно действовать, но в настоящем мире это ровным счетом ничего не значило.

В самое темное время ночи Гильбеншток опять очутился в переулке. Оттуда не доносилось ни звука, фонари погасли, темнота была почти непроницаемой. Всю дорогу ему пришлось двигаться на ощупь вдоль стены.

Как и все гномы, Гильбеншток обладал чувствительным зрением, которое позволяло ему различать в темноте источники тепла, но у входа в переулок он не разглядел ничего теплого. Повернувшись лицом к стене, он принялся шарить руками по булыжникам, но под его пальцы попадали только мусор непонятного происхождения да липкая грязь.

Гильбеншток искал ключи целую вечность — он утратил всякое чувство времени.

«Разве я недостаточно страдал?» — спрашивал гном себя. Его руки и одежда были измазаны отбросами, он чувствовал запахи помета животных, гниющих фруктов и плесени, а вскоре унюхал кровь — много крови.

«Не дай мне Боги найти тело, — умолял гном мысленно. — Дайте мне найти ключи, и я пойду. Только найти ключи. Только найти…»

Наконец пальцы Гильбенштока нащупали что-то металлическое. Он медленно опустил ладонь и зажал в кулаке потерянные ключи.

Гном-механик никогда бы не поверил, что можно чувствовать такое облегчение, какое он чувствовал теперь, — как-никак Реоркс оберегал его. Гильбеншток вздохнул, отступил от стены и сразу же споткнулся обо что-то лежащее в переулке за ним. Потеряв равновесие, гном упал на большой предмет, оказавшийся мягким и мокрым, и вскрикнул от испуга — он почти ощутил на вкус резкий запах свежей крови.

На камнях переулка лежало тело, по размерам — человеческое. Оно не двигалось и к тому же было холоднее живого.

«Клармун или тот неизвестный?» — таков был первый вопрос, пришедший Гильбенштоку в голову, когда к нему вернулась способность связно мыслить. Прошла минута, прежде чем гном нашел в себе мужество выяснить это. Он огляделся и прислушался, убеждаясь, что никто не идет, затем медленно склонился к голове мертвеца. Еще медленнее Гильбеншток вытянул руку и дотронулся до волос человека.

Густые, вьющиеся кудри были липкими от высыхающей крови.

«Зорлен… Так назвал его Клармун…» — понял гном.

Зорлен был мертв.

Гильбеншток отпустил волосы человека и шагнул назад. Голова свободно откатилась от тела и ударилась о ногу гнома, оставив за собой кровавый след.

Гильбеншток оцепенел от ужаса и закашлялся, чуть не задохнувшись.