Сага о Копье: Омнибус. Том I

— Придержи язык! Ты, возможно, и спас мне жизнь, но я не желаю выслушивать твоих поучений! — огрызнулся Ульвиан в своей прежней высокомерной, гордой манере.

Дру улыбнулся:

— Так-то лучше. Это я и хотел услышать.

Сжав в руке кайло, колдун перешагнул через лампу и оказался нос к носу с сыном Кит-Канана.

— Если ты способен поступить как принц, а не как раб, мы сможем сбежать из этой проклятой тюрьмы. Ты со мной?

— Как — сбежать? — насмешливо ответил Ульвиан. — Мы что, уйдем в горы, где нас выследят охранники Фельдрина? Моя судьба зависит от моего примерного поведения здесь. Если я все брошу, мне никогда не видать отцовского трона.

— Нам необходимо всего лишь вызвать небольшую суматоху. Это отвлечет всех в лагере на время, достаточное, чтобы забраться в палатку Фельдрина и добыть мой амулет.

Ульвиан сложил руки, на лице его выразилось отвращение.

— Я не буду убивать Фельдрина. Он тупоголовый старый зануда, но он честен.

Дру мерзко ухмыльнулся, отвернулся и ушел в низкое углубление, которое уже продолбил в мягкой породе. Он отбросил инструмент прочь, и тот глухо зазвенел на пыльном полу. Сползая по стене, Дру произнес:

— Когда же ты очнешься, Высочайший? — В голосе его слышалась издевка. — Я долгое время ждал того, с кем мог бы объединить усилия. Никто в бригаде «ворчунов» не обладает достаточной смекалкой и воспитанием. Но ты и я, друг мой, мы вместе можем далеко пойти. Ты говорил о врагах. Я помогу тебе уничтожить их. Трон отца может стать твоим, и не через десять или сто лет, а через два месяца. А может, и быстрее. С твоим высоким положением и моим магическим искусством мы сделаем Квалинести самой могущественной державой в мире!

Его слова приковали внимание принца. Невольно Ульвиан выпустил из рук мехи, и те шлепнулись на пол.

— Я мечтал о том дне, когда увижу Верханну и Амброделей ползающими у моих ног, — прошептал Ульвиан. — А корону Солнца — у себя на голове.

Взгляд принца словно проникал сквозь время, он уже видел перед собой картины будущего величия. Видения империи, которой он будет править, грандиозного, пышного дворца, который он построит, заполнили мысли Ульвиана. Могущество и слава, комфорт и покой, богатство, превышающее всякие мечты. Его слово будет законом. Народ станет поклоняться ему, как сейчас поклоняется его отцу.

Золотые грезы Ульвиана прервал грубый голос, едва слышный из дальнего конца туннеля:

— Водонос! Куда подевался этот мальчишка?

Ульвиан снова сосредоточил внимание на Дру.

— Если мы сможем совершить это без кровопролития, рассчитывай на меня, — мрачно произнес он.

Дру склонил голову:

— Как угодно Вашему Высочеству. Я буду очень осторожен.

Затем он торопливо перечислил Ульвиану вещи, которые необходимо раздобыть. Это оказался краткий, но любопытный перечень.