Сага о Копье: Омнибус. Том I

Шаг за шагом я поднимался вслед за ним, не отрывая взгляда от черепа драконицы, эти причудливо убранные останки служили мне ориентиром, смыкаясь вокруг цели моей стрелы. Тарран взобрался на выступ, круговую галерею, забрызганную запекшейся кровью, усыпанную костями и требухой. Он попал в тень от прохода. По его жалобному стону я понял, что дальше без посторонней помощи ему не двинуться.

Коготь тоже это понял и повернул длинную шею в сторону галереи и темного прохода, где лежал Тарран.

Едва чудовище рассмеялось, я выпустил стрелу, с тихим свистом послав ее через логово. Лунный свет сверкнул на стальном наконечнике. Убранный сокровищами череп, останки его возлюбленной по имени Пламя, разбился вдребезги, как кусок льда, брызнув осколками.

Коготь пронзительно закричал, и крик его походил на предсмертный, а я наклонился и поднял Таррана на руки. Гном издал только один-единственный звук — стон человека, пробудившегося от кошмаров. Или, может быть, это стонал я.

Никто не гнался за нами по пещерным туннелям, но тоскливый рев Когтя, которому отомстил гном Тарран, преследовал всю дорогу.

Мы вернулись в Равен в конце лета. Не так-то просто было выбраться из пещер, но, даже оказавшись снаружи, я не бросил Таррана в одиночестве. Я заботливо ухаживал за ним, как за родным, и однажды он сказал, что должен меня вознаградить, раз уж из драконьего клада мы не взяли и мельчайшей безделушки. Гном предложил, что было бы неплохо, если бы я подождал, пока мы не доберемся до Торбардина, поскольку среди горного народа он не считался бедняком. Но я отказался отправиться с ним туда, хотя признался, что интересно было бы поглядеть на такую диковинку: семь великих городов под горой. Я сказал, что буду заботиться о нем, пока не поставлю его на ноги.

— К тому же мне надо домой, — сказал я. — Назад в Равен.

Тарран улыбнулся своей тонкой улыбкой и сказал, что намеревается пойти вместе со мной, чтобы повидать свою старую приятельницу Цинару. В тот же день, только чуть позже, он поинтересовался, как я думаю, узнает ли меня при встрече дочка паромщика.

— Почему нет? — спросил я удивленно и рассмеялся.

— Ты не тот мальчик, каким ушел оттуда, Райл. Посмотри на себя при случае.

Я так и сделал, заглянув однажды утром, когда туман только еще поднимался, в тихий пруд, и не заметил никаких изменений. Может, чуть осунулось лицо, но в остальном я выглядел так же, как раньше.

Но все-таки Тарран был прав в том, что я уже не тот. Когда мы подошли к Белой Стремнине, лодкой управляла Реата. Серьезно поздоровавшись с Тарраном, она вся расцвела, увидев меня, и тихо спросила, все ли со мной хорошо. Так же тихо я ответил, что да. Она улыбнулась, ее волосы в свете заката отливали золотом. Она поняла правду, едва увидев ее, и поверила мне.