Сага о Копье: Омнибус. Том I

 — Но я должна сохранить терпение и выдержать. Об остальном позаботятся время и природа. Кроме того, эта пещера слишком тесна, чтобы можно было выносить его запах».

Оливер лежал на соломенном ложе у входа в пещеру, нежась на солнышке нового года, когда увидел чужаков. Он нервно забил хвостом о землю, и встревоженная шумом друидесса поспешила выйти.

Дюжина похожих на тени фигур летели друг за другом надо льдом, эскадрилья направлялась на север к развалинам Нидуса.

Л'Индаша месяц назад узнала об их появлении — прочитала по льду о движениях какой-то армии. Она не походила ни на гоблинские полки, ни на быстрые, неуловимые отряды варваров.

Это были крылатые существа. Никогда раньше не приходилось ей видеть что-либо подобное. Резкими движениями, почти зигзагом, со зловещей грацией рептилий существа миновали границу леса и двинулись дальше, по открытой пустынной равнине. Их чешуя отливала тусклой бронзой с вкраплениями бледной патины, крылья медленно хлопали, как у пожирателей падали, оседлавших добычу.

С высоты, где находилась пещера, к счастью, по ветру от чудовищ, Л'Индаша уловила в морозном воздухе слабый запах металла и крови. Рядом заволновался и заурчал Оливер.

— Тихо, малыш, — успокоила его друидесса.

— Ттииххаа, — повторил за нею дракон и послушно затих.

Но той ночью он вел себя совсем не тихо, и друидесса с все растущей тревогой смотрела на его беспокойную темную фигуру у края обвалившегося обрыва. Оливер, расхаживая взад-вперед, вглядывался в развалины Нидуса — восходящая Лунитари заливала старый замок красным светом.

«О чем он думает? — спросила себя друидесса. — Что происходит в этой непроницаемой, нечеловеческой душе?»

Она знала: что-то взывает к дракону из руин — когда ветер шелестел сухой соломой на обрыве, Оливер урчал и скулил, неотрывно следя взглядом за чем-то, что двигалось вдалеке среди развалившихся стен и башен.

Когда он, наконец, заснул, ему приснился длинный драконий сон, он услышал странных крылатых существ. У всех них был один общий сон — их наследие, их судьба.

Чужаки именовались базаками, узнал Оливер. Их мысли пылали смятением и яростью. Они только помнили, что еще в яйце, пока они лежали, свернувшись кольцом, росли и ждали своего рождения, их коснулась странная магия.

Если бы время и природа шли своим чередом, базаки превратились бы в бронзовых драконов, таких как Оливер. Эти чудовища были из одного с ним рода, но их сущность была изменена и безвозвратно погублена злым древним умыслом. Вместо того чтобы быть драконами, они стали драконидами, меньше телом, слабее духом, а через пустоши Таман Бусук следовали со столь мрачным заданием, что мысль о нем лишь маячила черным, расплывчатым пятном в дальнем уголке сна.