Сага о Копье: Омнибус. Том I

— Какой-то глупец влетел в твою магическую ловушку…

Старик медленно поднялся и отряхнул черную мантию. Но стоило Фистандантилусу подойти к Рейстлину, как тот разжал ладонь. Коридор осветили плавающие цвета Ока Дракона.

— Неплохо, юный маг! У тебя есть Око. Используй его. Призови мощь драконов, и пусть они превратят меня в кровавую кашу.

Рейстлин всмотрелся в Око, в круговерть разноцветья красок. Потом скривился и отвел взгляд.

— Ты не смеешь его использовать, — мрачно усмехнулся Фистандантилус. — Ты слишком слаб. Ты боишься, что Око поработит тебя и ты закончишь дни слюнявым идиотом вроде короля Лорака…

Старик поднял медальон с кровавым камнем.

— Обещаю, Маджере, такой конец тебе не ждет. Ты умрешь быстро, хотя и болезненно. А теперь извини, я насладился нашим небольшим соревнованием, но моя Королева нуждается во мне в другом месте…

Фистандантилус запел заклинание.

Рейстлин сжал кулак с Оком. Яркий свет брызнул между пальцами — пять лучей, каждый своего собственного цвета, разлетелись во все стороны. Маг поднял руку.

— Прекрати вопить, старик, или я разобью Око. Оно сделано из кристалла, и я легко могу его уничтожить.

Фистандантилус нахмурился и оборвал пение. Он поднял медальон и сжал камень пальцами…

Сердце Рейстлина задрожало и замерло в груди. Он не мог дышать. Рука старика сжала камень еще сильней, и сердце мага полностью остановилось. Перед глазами закрутились огненные спирали, и Рейстлин понял, что падает, как подрубленное дерево.

Старик прекратил сжимать камень.

Сердце Рейстлина дернулось и забилось, воздух потек в легкие. Фистандантилус вновь сжал камень, и Рейстлин завопил, извиваясь на полу. Он обессиленно перевернулся на спину, не сводя взгляда со старика.

Фистандантилус опустился рядом на колени и прижал кровавый камень к сердцу Рейстлина.

Страх обуял мага. Во рту стало сухо, мышцы рук свело, горячая слюна обожгла горло. Страх скрутил Рейстлина, иссушил, оставив потрясенным и контуженным. Он не боялся смерти — слабый и болезненный, он сражался с нею с самого рождения. Смерть не пугала Рейстлина, даже теперь он мог без опасений закрыть глаза и позволить успокаивающей тьме сомкнуться над ним.

Он не боялся смерти.

Он боялся забвения.

Он будет поглощен Фистандантилусом. Его душа будет пожрана и переварена. Тело продолжит существовать без нее. И никто не заметит различия. Словно он никогда и не жил на свете.

— Прощай, Рейстлин Маджере…

Рейстлин барахтался в океане, пробуя оставаться на плаву, но тем, кого поймал в ловушку Водоворот, не стоило надеяться на спасение. Кроваво-красные волны накатывали на него, старались утянуть на дно.

— Карамон! Где ты, Карамон! — закричал Рейстлин. — Карамон, ты мне нужен!

Рука схватила его, и на мгновение маг поверил в чудесное спасение.