Сага о Копье: Омнибус. Том I

Тика двинулась было следом — может, следовало догнать его, вцепиться в алое одеяние и держать мертвой хваткой?.. Так или иначе, он был единственной ниточкой, еще связывавшей их с миром наверху. Куда их занесло, она по-прежнему себе не представляла.

— Тика…

— Карамон! — мгновенно забыв про Зебулаха, Тика кинулась к великану. Тот силился приподняться в постели.

— Во имя Бездны! Где это мы?.. — пробормотал он, озираясь и изумленно тараща глаза. — Что случилось? Корабль…

— Я… сама не очень-то поняла, — замялась Тика. — Ты думаешь, ты уже достаточно окреп, чтобы сидеть? Может быть, ляжешь?..

— Да ну тебя! — рявкнул Карамон. Но тут же увидел, как больно ранила ее его резкость, дотянулся и заключил девушку в объятия. — Прости, Тика… Я не хотел… Я просто…

И беспомощно замотал головой.

— Да все я понимаю, — тихо ответила Тика. Прильнув головой к его широкой груди, она стала рассказывать ему о Зебулахе и о морских эльфах. Карамон только моргал в полном смятении. Рассказ Тики с трудом укладывался в голове. Он хмуро смотрел в пол…

— Жалко, что я был без сознания, — проворчал он наконец. — Спорю на что угодно, что этот, как его, Зебулах точно знает выход наружу. Уж я бы из него вытряс…

— Не уверена, — усомнилась Тика. — Он маг, как и… Она торопливо прикусила язык. В глазах Карамона стояла боль. Тика подняла руку и погладила его по щеке. — Знаешь, Карамон, — сказала она, — а ведь в чем-то он прав. Мы действительно могли бы быть счастливы здесь. Подумай только, мы ведь с тобой впервые одни. Понимаешь? Вместе — и совсем одни. И потом, тут так спокойно и тихо… и даже красиво, если немножко привыкнуть… Мох светится… так неярко и таинственно, не то что солнечный свет, который глаза режет… Слышишь, вода шепчет? Она поет нам песенку. И мебель тут есть… и эта смешная кровать…

Тика умолкла. Она почувствовала, как Карамон крепче сжал ее в объятиях. Его губы коснулись ее волос. Тика замерла. Нахлынувшее чувство переполнило ее. Она обвила руками шею Карамона, прильнула к нему и ощутила, как колотится его сердце.

— Карамон… — выдохнула она одними губами. — Давай… будем счастливы… Пожалуйста… Я знаю, что когда-нибудь нам все равно придется отсюда уйти… Надо будет разыскать наших и возвратиться с ними наверх… Но сейчас… пока мы тут совсем одни…"

"— Тика!.. — Карамон стиснул ее в могучих объятиях, словно желая навеки слиться с нею в одно целое. — Как же я люблю тебя. Тика!.. Помнишь, я… когда-то сказал, что не должен быть с тобой, пока не смогу посвятить себя тебе целиком… И я… все еще не могу…

— Можешь! — Тика была сама ярость. — Можешь! — Высвободившись из его рук, она пристально посмотрела ему прямо в глаза. — Рейстлина больше нет, Карамон! Живи своей собственной жизнью!

Карамон медленно покачал головой.