Сага о Копье: Омнибус. Том I

Гакхан передернул плечами и утешился мыслью о том, что участь Бакариса по возвращении к Темной Госпоже будет, хм, незавидна.

— Слушаюсь, командир, — ответил он с поклоном. Отодвинулся в тень — и исчез. Только мелькнул между деревьями темный силуэт, быстро удалявшийся в сторону Каламана. На лице Бакариса появилось выражение жестокого предвкушения. На обросших щетиной щеках залегли резкие складки.

— Пошли, «полководец»! — И он подтолкнул эльфийку к крылану. Но та, вместо того чтобы шагнуть вперед, повернулась к нему лицом.

— Скажи мне только одно, — выговорили белые губы. — Это правда? Ну, то, что Танис… был с Китиарой… В записке говорилось, что его ранили в бою у Вингаардской Башни… что он при смерти…

В ее глазах стояла мука. Бакарис улыбнулся, видя, какую боль причиняли ей мнимые страдания полуэльфа. Он и думать не смел, что его месть окажется настолько сладка.

— А мне-то почем знать? — спросил он. — Я, если помнишь, сидел в это время в твоей вонючей каталажке. Однако позволю себе усомниться, что он действительно схлопотал рану. Кит его ни за что не пустит туда, где дерутся. Они с ней все больше любовными сражениями занимаются…

Лорана убито повесила голову… Бакарис с издевательским сочувствием положил руку ей на плечо. Лорана гневно сбросила его ладонь.

— Не верю! — зло прорычал Флинт. — Да неужто Танис позволил бы Китиаре…

— Вот тут ты прав, гном, — ответил Бакарис, понимая, что у лжи должен быть разумный предел, иначе обман будет раскрыт. — Танис и знать об этом не знает. Темная Госпожа еще несколько недель назад отправила его в Нераку — готовиться к нашей встрече с Владычицей.

— А знаешь. Флинт, — задумчиво проговорил Тассельхоф. — Она и в самом деле здорово нравилась Танису. Китиара, я имею в виду. Помнишь ту нашу вечеринку в «Последнем Приюте»?.. Танис еще праздновал свой День Дарения Жизни — он тогда как раз достиг совершеннолетия, по эльфийским меркам, конечно. Во был дым коромыслом!.. Помнишь, Карамон обнял Дэзру, и та вылила ему на голову полнехонькую кружку зля. А Рейстлин налакался вина и пошел творить заклинания почем зря, ну и подпалил Отику фартук. А Танис и Кит засели в уголке у очага и…

Бакарис недовольно покосился на кендера. Ему не доставляло никакого удовольствия слушать рассказ о давности и прочности отношений, связывавших Китиару — его Китиару — и проклятого полуэльфа.

— Вели-ка паскудному кендеру заткнуться, пока я не напустил на него крылана, — проворчал он, обращаясь к Лоране. — Два заложника устроят Темную Госпожу ничуть не меньше, чем три…

— Итак, это ловушка, — тихо проговорила Лорана, оглядываясь словно спросонья. — Танис жив и здоров… Его даже там не было… Какая же я дура!..