Сага о Копье: Омнибус. Том I

И когда она заговорила вновь. Рыцари недоуменно вскинули глаза. Ее красота показалась им благословением, подобным веянию весеннего утра.

— Завтра я уеду отсюда, — негромко проговорила Лорана, устремив лучистые глаза на Копье. — Я отправлюсь в Палантас. Я расскажу им о том, что здесь случилось сегодня Я возьму с собой это Копье и голову дракона. Я швырну эту мерзкую, кровавую голову на ступени их великолепных дворцов! Я встану на нее, как на трибуну, и заставлю их услышать меня! И Палантас будет слушать! Его жители поймут, какая опасность им угрожает. А потом я поеду в Санкрист и на Эргот, я буду странствовать по всему миру, который никак не отбросит свои ничтожные свары, чтобы сообща бороться с врагом! Ибо, пока мы не уничтожим крупицы зла в своих собственных душах — как это сделал человек, о котором я говорю, — не видать нам победы и над тем великим Злом, которое собралось нас поработить!

Руки и глаза Лораны были устремлены к небесам.

— О Паладайн! — Ее голос звенел, как серебряная труба. — Мы пришли проводить к Тебе, Паладайн, благородные души Рыцарей, погибших в Башне Верховного Жреца. Даруй же нам, оставшимся пребывать в истерзанном войнами мире, такую же высоту духа, как та, что отметила жизнь и гибель этого человека!..

Лорана закрыла глаза, не замечая слез, хлынувших по щекам. Она более не горевала по Стурму. Она плакала о себе. Ей будет так не хватать его. И Танис… Какими словами расскажет она ему о гибели друга?.. Как станет жить в мире, из которого ушла такая душа?..

Медленно опустила она Копье на алтарь. И преклонила колени. Флинт обнял ее. Тассельхоф погладил ее по голове.

И, как бы отвечая молитве, за их спинами все громче зазвучали низкие голоса мужчин, слившиеся в скорбном рыцарском гимне.

О Хума, прими его душу в объятья!Пусть он затеряется в солнечном свете,В дыханий ветра, в небесном сиянье.О Хума, прими его душу в объятья!"

"За гранью небес, равнодушных и гневных,Введи его с миром в селенья блаженных,Туда, где предел сокровенных мечтаний,Где песне меча отзываются звезды.Пускай отдохнет он, уставший сражаться,В чертоге покоя, не зная печали,Не ведая бега текущих столетий,В обители Бога Добра, Паладайна.Пусть гаснущий свет его глаз потускневшихОпять отразит безмятежное детство,Все свежие краски широкого мира.О Хума, прими его душу в объятья!За тучи тяжелого дыма умчится,Взыскуя святого бессмертия Неба,Душа, так любившая бренную ЗемлюВ ее вековых, вековечных заботах.Коснувшись бессмертного звездного блика,Письмен, что от века пророчат нам судьбы,Она отрешится от горестей мира.