Сага о Копье: Омнибус. Том I

 — Мне померещился твой голос, а сон… все было как наяву… и ты там был… я тебя видела…

— Как выглядит Сильванести? — неожиданно спросил Стурм. Лорана смотрела на него во все глаза:

— Но ведь как раз там я и видела всех нас во сне! Откуда… почему ты спросил? Или… или тебе тоже снилась Сильванести?

Стурм завернулся в плащ и кивнул.

— Я… — начал он. Новый звук, раздавшийся извне, отвлек его. На сей раз рыцарь попросту отдернул входную занавеску и устало сказал: — Входи, Флинт.

Тяжело ступая, гном вошел внутрь и залился краской от смущения, обнаружив в палатке Лорану. Он переминался и пыхтел, пока девушка не улыбнулась ему:

— Мы все уже знаем. Флинт. Тебе что-то приснилось. Сильванести, наверное?

Флинт прокашлялся и утер ладонью лицо.

— И, похоже, не мне одному, — сказал он, пристально вглядываясь в их лица из-под седых кустистых бровей. — Полагаю также, вы хотите, чтобы я рассказал вам свой сон?

— Нет! — побледнев, торопливо отказался Стурм. — Я совсем не хочу об этом говорить… ни сейчас, ни потом!

— И я, — тихо добавила Лорана.

Флинт нерешительно погладил ее плечо.

— Вот и хорошо, — пробурчал он. — Мне тоже не больно-то хочется. Я только хотел удостовериться, что это в самом деле был сон. Все было до того реально, что я уж боялся, как бы вы оба не…

Гном замолчал: снаружи что-то зашуршало, и между входными занавесками просунулась возбужденная физиономия Тассельхофа:

— Вы тут что, никак, сны обсуждаете? Мне-то, знаете ли, сны не снятся, то есть снятся, наверное, просто я их не помню. Уж такие мы, кендеры. Нет, наверное, нам вообще-то снятся сны, ведь даже зверям… — Тас перехватил взгляд Флинта и торопливо вернулся к первоначальной теме: — Так вот, нынче мне приснилось такое!.. Деревья, плачущие кровавыми слезами! Какие-то жуткие мертвые эльфы, которые разгуливали по лесу и убивали кого ни попадя! Рейстлин в черных одеждах! Представляете, а? И вы там были — ты, Стурм, и ты, Лорана, и ты. Флинт. И все померли! Ну, то есть почти все — Рейстлин, например, остался. А еще там был зеленый дракон… — Тассельхоф растерянно замолчал, не понимая, что такое происходило с его друзьями. Почему они были смертельно бледны и смотрели на него неестественно расширенными глазами? — Д-дракон, — повторил он, запинаясь. — Зеленый. И Рейстлин в черных… или я уже говорил? Правда, они ему были очень к лицу… а то в красных он выглядит каким-то желтушным… Ладно, пойду-ка я прилягу, а то вам, по-моему, не особенно интересно… — Он с надеждой обвел их глазами, но ответа не получил. — Ну… Спокойной ночи, — пробормотал кендер. Задом наперед выполз вон из палатки и отправился к себе, озадаченно пожимая плечами. И что такое с ними стряслось? Ведь это был всего только сон…

В палатке Стурма долгое время царила тишина.