Сага о Копье: Омнибус. Том I

Много часов мчались они навстречу ледяному, пронизывающему ветру, который даже мысли о смерти в пламени дракона способен был придать некоторую заманчивость. Много часов сжимал сердце страх. Танис то и дело оборачивался, находил глазами тени драконов и напрягал зрение, не в силах отвести взгляд, хотя ветер выжимал из глаз слезы, смерзавшиеся прямо на щеках. Не растут ли, приближаясь, страшные тени, не настигают ли их?.. Звезды уже бледнели, когда обессилевшие беглецы остановились передохнуть в пещере высокого скального кряжа. Рассвет вновь поднял их в воздух, и снова замелькали позади крылья драконов…

Немногие живые существа способны соперничать в полете с грифоном. Однако драконы — синие драконы, таких друзья еще не видали — упрямо маячили у горизонта, не позволяя отдыхать днем. А ночью, когда измученным грифонам требовалось хоть немного поспать, приходилось прятаться. Ко всему прочему, еды было в обрез, да и то — лишь квит-па, эльфийские сушеные фрукты из запасов Эльханы. Эта походная пища неплохо поддерживала силы, но голода утолить не могла. Тем не менее даже Карамон до того выдохся и приуныл, что и ему кусок в горло не лез.

Единственное событие, отчетливо запомнившееся полуэльфу, произошло на вторую ночь бегства. Они сидели в сырой, неприютной пещере у крохотного костерка, и Танис рассказывал друзьям об открытии, которое сделал кендер в тарсийской библиотеке. При упоминании о «драконьих глазах» у Рейстлина заблестели глаза, а худое лицо словно бы озарилось каким-то внутренним светом.

— «Драконьи глаза»? — переспросил он негромко.

— Я так и думал, что ты, верно, слышало них, — сказал Танис. — Что хоть это такое?

Рейстлин ответил не сразу. Тщедушный маг лежал у самого огня, кутаясь в два плаща — свой и брата, — и тем не менее так и трясся от холода. Золотые глаза его были устремлены на Эльхану — та сидела несколько поодаль от них, как бы соглашаясь разделить с ними кров, но не беседу. Тем не менее, магу показалось, будто она слегка повернула голову, прислушиваясь.

— Ты говоришь, одно Око хранится в Сильванести, — сказал он Танису. — Мне кажется, здесь есть та, кто расскажет обо всем гораздо лучше меня…

— Я знаю немногое, — Эльхана обратила бледный лик к огню. — Мы хранили его как реликвию прошлого, скорее как некий любопытный предмет, не более. Кто же мог предвидеть, что люди вновь пробудят спящее зло и на Кринне появятся драконы?

Рейстлин не успел ответить — Речной Ветер гневно вмешался:

— Сперва докажи, что это сделали именно люди!

Эльхана устремила на жителя Равнин негодующий взгляд, но промолчала: спорить с варваром было ниже ее достоинства. Танис вздохнул. Речной Ветер недолюбливал эльфов. Немало минуло дней, прежде чем он стал доверять Танису.