Сага о Копье: Омнибус. Том I

Произносились патриотические слова, в основном говорили жрецы; но обстановка во время аудиенции была удручающая. Сейчас в зале оставался только Кит-Канан. Ситас подготовил для него особые указания.

— Я хочу, чтобы ты сформировал армию из своих Гончих, — приказал он.

— Зачем? — удивился брат.

— Чтобы противостоять войскам Эргота, если они пересекут границу, проходящую по лесу.

Кит-Канан потер лоб:

— Видишь ли, Сит, моя милиция насчитывает всего двадцать тысяч солдат, и большинство из них — крестьяне, вооруженные копьями.

— Знаю, но больше некому остановить людей между границей и берегами Тон-Таласа. Нам необходимо время, Кит. Кенкатедрус не может пока собрать армию для защиты Сильваноста.

— Тогда зачем, во имя Астарина, ты так торопишься объявить войну Эрготу? У них двухсоттысячная армия, готовая к бою! Ты сам сказал это!

Ситас сжал ручки трона и наклонился вперед:

— А что мне еще остается делать? Простить людям убийство отца? Ты знаешь, что это было убийство. Они подстроили ему ловушку и застрелили его! Неужели это просто совпадение, что Ульвиссен появился рядом, а один из его так называемых лесничих совершил преступление?

— Это подозрительно, — согласился Кит-Канан уже менее строптиво, чем прежде. Он надел шлем и продел ремень в пряжку. — Я сделаю все, что смогу. Сит, — наконец вымолвил он, — но не все готовы сражаться и умирать за Сильванести.

— Любой, кто уклоняется от призыва Пророка, — предатель, — вмешалась Герматия.

— Легко говорить об этом здесь, в городе, но в лесах и на равнинах соседи значат больше, чем далекие монархи, — многозначительно заметил Кит-Канан.

— Ты утверждаешь, что Каганести не станут воевать на нашей стороне? — гневно спросил Ситас.

— Некоторые будут. Некоторые, возможно, и нет.

Ситас откинулся назад и тяжело вздохнул:

— Ясно. Делай что сможешь, Кит. Возвращайся в Ситэлбек поскорее. — Он помедлил. — Я знаю, что ты сделаешь все от тебя зависящее.

Близнецы обменялись быстрыми взглядами.

— Я возьму Аркубаллиса, — сказал Кит-Канан и поспешно покинул зал.

Когда принц вышел, Герматия взорвалась:

— Как ты можешь позволять ему быть таким бесцеремонным? Ты же Пророк. Он должен кланяться тебе и называть тебя Высочайшим.

Ситас с бесстрастным лицом обернулся к жене.

— У меня нет сомнений в верности Кит-Канана, — тяжело произнес он. — В отличие от тебя, госпожа, хоть ты складно говоришь и не переставая льстишь мне.

— Что ты имеешь в виду? — жестко спросила она.

— Мне известно, что ты наняла головорезов Каганести, чтобы они убили Кит-Канана, потому что он не захотел обесчестить меня, став твоим любовником. Я все знаю, госпожа.

Обычно бледное лицо Герматии сделалось восковым.

— Это ложь, — дрогнувшим голосом вымолвила она.