Сага о Копье: Омнибус. Том I

Гнев и разочарование исчезли, будто их и не было вовсе. Глубокая любовь, которую он чувствовал к Анайе, совершенно не походила на детскую привязанность к Герматии. Принц знал, что в Сильваносте не поймут его чувств к Каганести, что даже его семья будет потрясена.

Но Кит-Канан долго об этом не задумывался. Его мысли были полны только картинами счастья.

Кит-Канан настаивал только на одном — и, в конце концов, Анайя согласилась на это, — Макели должен узнать о своем истинном происхождении. Когда они, покинув пещеру, вернулись к дубу, то обнаружили мальчика сидящим на нижней ветви — он был занят ужином.

Увидев взрослых, Макели спрыгнул с дерева и легко приземлился прямо перед ними. Взглянув на их счастливые лица, видя, что они возвратились вместе, мальчик пытливо спросил:

— Так вы, наконец, подружились?

Мужчина и женщина переглянулись, и произошла удивительная вещь — лицо Анайи осветилось улыбкой.

— Мы больше чем друзья, — ласково ответила она.

Все трое уселись у подножия дуба, прислонившись к стволу. Анайя начала рассказывать Макели правду о его прошлом, и солнце мелькало в кружеве облаков, а деревья роняли к их ногам алые осенние листья.

— Так я тебе не брат? — повторил Макели, когда Анайя закончила.

— Ты мой брат, — твердо возразила она, — хоть ты и не родня по крови.

— Но если ты отняла меня у родителей, — медленно продолжал он, — то откуда же появилась ты сама, Най?

— Я этого не знаю и никогда не узнаю. Камирене похитила меня у моих отца и матери, так же как я похитила тебя. — Анайя смущенно уставилась в землю. — Мне нужна была девочка, которая стала бы следующей Хранительницей Леса. Но я так торопилась, что не заметила, что со мной мальчик.

Кит-Канан положил руку на плечо Макели:

— Ты не будешь сильно сердиться?

Макели поднялся и медленно отошел в сторону, Его неизменный капюшон соскользнул, открыв белые волосы — признак народа Сильванести.

— Все это так странно, — в смятении произнес он. — Я не знаю другой жизни, кроме жизни в лесах.

Он посмотрел на Анайю.

— Нет, я думаю, что я не сержусь. Я… — Он ошеломленно умолк. — Я хотел бы знать, кем бы я был, если бы Анайя.

— Крестьянином, — прервала она. — Твои родители были крестьянами и выращивали овощи.

Она продолжила рассказ о том, как, обнаружив, что похитила мальчика, попыталась вернуть ребенка родным, но, когда она пришла обратно, дом оказался пуст. И женщина вырастила Макели как собственного брата.

Макели, казалось, не мог прийти в себя от услышанного. Наконец он с сомнением спросил:

— Теперь тебе нужно найти девочку, чтобы воспитать из нее будущую Хранительницу?

Анайя посмотрела на Кит-Канана поверх головы Макели.

— Нет. На этот раз Хранительница Леса сама подарит жизнь своей наследнице.