Общество мертвых и исключительных

— Не надо, мистер Кэруэл, — попросила Эбель, — Ноа и Соль здесь ни при чем.

— Вы в этом так уверены? — Джосайя обошел стол и, отодвинув полку, достал оттуда Библию с помятым листом. — Могу поспорить, мисс Барнс.

— Если речь о Библии, то Эбель права, — отмахнулся от книги Ноа, — я никакого отношения к этому не имею.

— Ты, Эбель, вчера на вечерних занятиях оставила ее у меня на столе. И, я так понимаю, — Джосайя рассмотрел грязные страницы и испачканный в крови корешок, — что это принадлежало Датчу Пирсону. Верно?

Эбель молчала. Ноа тоже. А Соль просто стояла и удивлялась их хладнокровию и сдержанности. Лично она призналась бы во всем на первой секунде.

— А вот это, — профессор раскрыл лист, на котором был странный рисунок, — было вырезано на его груди. Верно?

Ответом ему была тишина.

— Ноа, — теперь Джосайя обращался к нему, — не хочешь мне ничего объяснить? А еще лучше своему брату, который просил тебя молчать и не лезть в это дело?

Соль начала понимать, о чем шла речь. Эбель не успела рассказать ей о Датче Пирсоне, поэтому и Ноа ошарашенно смотрел на пентаграмму на листе.

— Срань господня, да это же… — Ноа восторженно рассмотрел рисунок. — То же самое, что было на груди у того мужика из Санди!

— Нет, не то же. — Джосайя достал еще один лист и положил его рядом со страницей Библии.

Он и правда отличался. Знаком внутри круга из скрещенных треугольников.

— Но речь не про это! — вдруг разозлился профессор. — А про то, что вы суете нос в чужие дела! — Он оглянулся на открытую дверь и, заметив студентов в коридоре, заговорил тише. — Это опасно!

— Откуда это? — Эбель вырвала лист у Ноа и, положив на стол, сравнила рисунки. — Это то, о чем ты рассказывал? Новое дело брата?

— Да, — кивнул Ноа. — Прикинь… Убийства реально связаны.

— Вы меня не услышали? — Профессор выхватил листы из рук Эбель и, скомкав, бросил в ящик своего стола. — Я предупреждаю вас последний раз!

— Но… — попыталась возразить ему Эбель.

— Если я узнаю, что вы ослушались…"

"— Да дайте же сказать! — Она топнула ногой, и профессор на удивление замолчал. — Это… Черт… Я не буду врать вам и скажу честно.

— Уж будь добра.

— Это может быть связано со мной и моей смертью.

Повисла неловкая тишина, и Соль коснулась плеча Эбель. Она знала, что ей все еще тяжело вспоминать об этом. Мистер Кэруэл заговорил после секундной паузы:

— Заверяю тебя, что нет. Это обычный маньяк из Санди, который, возможно, был связан со смотрителем. А может, эта смерть была случайной. Или это вообще мог быть подражатель.

Эбель вдруг всхлипнула.

— Мне страшно, — шепнула она и обняла себя руками. — Вдруг этот обычный маньяк из Санди придет за мной.

Соль закивала, так как боялась того же.

— Я все понимаю, но поверь мне, здесь ты в безопасности.